Человеку много ль надо?

«Всяка имеет свой ум голова»
Григорий Сковорода.           

Знакома ли Вам фраза: «Если ты такой умный, то почему такой бедный»? Её приписывают успешному американскому предпринимателю Уоррену Баффетту.
И вот, о чём хотелось бы спросить: «А кому адресован этот вопрос?»
Вы считаете «умным»? Верно, конечно, но не совсем. На самом деле, он адресован не просто «умным», а «таким умным»! Но если есть «такие умные», то, очевидно есть и «не такие». И понятно, что «не такие» глупее «таких». Налицо, в общем, градации ума: глупее - умнее. И вводятся они словом «такой».
Но в вопросе Баффетта речь ещё идёт и о «таком бедном». Из чего следует, что существуют и «не такие бедные». И по смыслу «такие» беднее «не таких». Слово «такой» вводит градации экономического положения бедных.

И ещё о «таком» и «не таком». «Такой» - это некий порог, по достижении которого ситуация должна измениться качественно: «Если ты ТАКОЙ умный, то должен бы перейти в новое качество, т.е. жить богаче. Но ты живёшь бедно, и тебя поэтому спрашивают: «почему ты ТАКОЙ бедный?». Что стряслось?!
А вот если ты НЕ ТАКОЙ умный (т.е. глупее), то порог не превышен… и живи в том же качестве, т.е. в бедности, и тебя никто ни о чём не спросит. Всё нормально!

Но и это ещё не всё! Попробуем восстановить по шагам ход рассуждений автора вопроса, не сомневавшегося в том, что «умный должен быть богатым»:
1. Он не сомневался, но вдруг... осечка. Встретил умного, но бедного человека! И начал мучительно размышлять: «Почему?! Ну почему же он не богат? Может быть, потому... что не очень умный?! Да..., другого объяснения, пожалуй, что и нет! И эту ценную мысль надо зафиксировать»:
2. «Если не очень умный, то бедный».
Правильно! Но... называть человека «не очень умным» нельзя. Обидеться может. Лучше «не очень» заменить на «не такой». И тогда получится:
3. «Если не такой умный, то бедный, а вот если такой умный - то богатый».
Да... всё так! Но эту фразу лучше развернуть:
4. «Если такой умный, то богатый, а вот если не такой - то бедный».
Нда... Пожалуй, в этом и состоит истина! Но как же из этой мудрой фразы сформулировать вопрос с подковыркой; с издёвкой. Как? А вот так:
5. «Если ты такой умный, то почему такой бедный?»
Вот! Вот самое то! Этим вопросом не очень умному человеку щелкают по носу, чтобы не умничал и не задирал нос!

Да... Ну а вот, если человек умный, нос не задирает, а просто живёт в другом мире; и деньги в его системе ценностей играют не главную роль? Что ему этот вопрос? А ему как бы говорят: «Не витай в облаках. Спустись на Землю»
И вот, как это может выглядеть:

К трамвайной остановке подходит человек, желания которого порой, а то и часто не соответствуют его возможностям. И всё потому, что живёт он в тоскливой обстановке хронического безденежья! И надежд на то, что материальное положение его когда-нибудь улучшится – никаких!
С чем пришёл? Сегодня он опять несостоявшийся покупатель. Разгорячён, обескуражен, жестикулирует и взывает к чувству справедливости присутствующих.
- Представляете!- пытается он достучаться. И излишне громко продолжает,- Ну что за жизнь?! Хотел купить принтер, а он вдвое подорожал! 2301 рубля не хватило!
Высказал это всё и... горестно этак выдохнул: «Э..эх…!»
Отвёл в сердцах руку в сторону, и... ладонью по ноге! С размаху!
И пошла, разлилась вокруг от этих его слов тоска зелёная!
Грустно…, настроение на нуле… тупик!
Все молчат. Сопереживают....
И вдруг... в тишине возникает чей-то тонкий, насмешливый, подковыристо-издевательский, ехидный голосок: «Но если ты такой умный, то почему такой бедный?»
Язвительный вопрос разряжает обстановку, вызывает всеобщий хохот и взбадривает публику… перед посадкой в подошедший трамвай!

Но давайте вернёмся к логике, в которой справедливым считается распределение богатства по, нацеленному на обогащение уму. Говорят ведь, например, некоторые «умники» с уверенностью, и даже… с твёрдой уверенностью: «Всякий умный должен быть богат!», или «Кто не богат – тот глуп!» Куда Вы этих «умников» отнесёте? «Умников», для которых в сформулированном выше вопросе отражена житейская мудрость!

А запрыгнем-ка на их Кочку Зрения!
По их логике Ум и Богатство неразрывно связаны пропорциональной зависимостью? Чем умнее, тем богаче? Обогащение для умного должно быть целью? Смысл жизни в обогащении? Обогащению надо посвятить жизнь?
И они считают, что тот, кто обогащается - умный и нормальный человек, а кто не обогащается – недотёпа, простофиля, или, просто дурак?
По умолчанию вопрос Баффета вроде бы и не адресован «умникам», для коих призывы: «Обогащайся любой ценой», «Не будь дураком - бери, что дают и хапай, что не дают!», «Беги, воруй, пока трамваи ходят» - являются руководством к действию. Но его вопрос совершенно точно соответствует и их моральным ценностям.
Но ведь и не только их, но и моральным ценностям совершивших и совершающих (может быть прямо сейчас!) экономические преступления! Возможно, что некоторые из них осуждены и сидят. А вот остальные широкой публике пока(?) неизвестны; пока(?) нераскрыты и пока(?) не посажены!
Носителями таких же моральных ценностей, кстати, являются и роскошествующие. Это, например, собиратели коллекций: бриллиантов, машин, яхт, недвижимости, дворцов....

- Да.... После такого поворота как-то не хочется называть таких людей умными!
- А разве они умны?
- Умны, конечно! Ну, ведь не дураки же? Мышление просто у них специфическое; нечестное, заточенное на обогащение и на присвоение всего, до чего можно дотянуться. В том числе до: чужой собственности; результатов чужого труда; чужих достижений; чужой славы.... Так вот для этой специфической категории граждан давно существует соответствующее название – жулики!

А откуда у некоторых граждан эта тяга к мошенничеству?
Дело в том, что это сегодня «хапанье» чужого считается мошенничеством. А у наших древних прародителей - потомков диких животных – мошенничеством оно не считалось, а было совершенно естественным. Ибо им, боровшимся в жестоких условиях естественного отбора за выживание и существование, такое «хапанье» позволяло сильному насытиться за счёт слабого! И получалось, в итоге, что сильный насыщался, а слабый оставался полуголодным или... голодным!
Таким жестоким образом с позиции силы прародители конкурировали между собой за пищу. И понятно, что в этом соперничестве выигрывали, в силу природных преимуществ, сильные + хитрые представители общества. И постепенно именно они, что совершенно естественно, «спелись» между собой, организовались и превратились во власть, защищавшую и их и ими нахапанное.
Ну а в дальнейшем - сильные 1000-челетия «хапали» всё что хотели, а хитрые закрепляли их право на хапанье законодательно. И по отношению к согражданам во все времена вела себя эта дружная парочка с сегодняшней точки зрения, по-бандитски.
И вот об этой части человеческого сообщества Л.Н. Толстой сказал в своё время так: «Хороших людей больше, но плохие лучше организованы». Что позволяет им, добавлю, властвовать над «хорошими людьми».

А ответ на вопрос о мошенничестве я бы дал такой: «Допустимость мошенничества, терпимость к нему заложены в наши представления о «хорошем» и «плохом» ещё прародителями. И они передаются от родителей к детям через 1000-летия. Это конечно в той социальной среде, где система ценностей 1000-летия не меняется. И вот в такой среде и делятся родители с детьми «житейской мудростью»: «Ты знаешь..., если нельзя, но... очень хочется, то можно!»

Да..., воспитание - великое дело! Ведь тот факт, что сегодня не все являются жуликами – бесспорный результат нравственного воспитания, существующего в обществе в явном и в неявном виде! И получается, что нравственное воспитание уменьшило количество жуликов, поскольку часть из них стала жить в соответствии с нормами морали, изложенными, например, в советах «Золотого правила нравственности»:
1. Поступай с другими так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой.
2. Не делай другому того, чего себе не желаешь.
А вот у прародителей и у современных жуликов моральных норм как не было когда-то, так нет и сегодня! Вернее, у жуликов тоже есть нормы, но... это нормы безнравственности! Такие же аморальные нормы были, по-видимому, и у прародителей.

Нравственное восхождение человечества от безнравственности древних к моральным нормам, например «Золотого правила нравственности» - это процесс сапиентации( = очеловечивания) человечества. Если ещё учесть, что безнравственность свойственна дикости и эгоизму, а соблюдение норм морали – цивилизованности и альтруизму, то нравственное восхождение – это преобразование дикарей-эгоистов в цивилизованных альтруистов; или по-другому - это восхождение от Зверя к Человеку!

Выше мы обсуждали Кочку Зрения ловкачей (хапуг) и пришли к тому, что сознание у них «обыденное» мудрость «житейская», а ум «специфический». И нужен он им для хапанья( = обхитрить, объегорить). Но одного ума для хапанья мало. Нужна ещё и ценностная установка: «Богатство – смысл и цель жизни». Нужна, конечно же, и снимающая все тормоза нравственная установка: «Цель оправдывает средства».
Какие тормоза? Главные из них: – честность и порядочность. В общем, то, что называют собирательным словом «совесть». А что взамен совести? Её антипод – бессовестность!

А какие существуют альтернативные системы ценностей? Действительно ли богатство - смысл жизни? И если не оно, то что? Для чего живём? Конкретный ответ или уход от ответа на этот вопрос определяет, на самом деле, без преувеличения, всю нашу жизнь; всё её содержание!
Вот пример. Жил в 3-ем веке до нашей эры раб Эзоп-баснописец. Так он (по легенде) дорожил только свободой и претендовал для выживания только «на корку хлеба и кружку воды». Чем не система ценностей? И чем не Ум? Последователи Эзопа есть и сегодня.

А в чём ещё усматривают смысл жизни те, для которых обогащение не есть её цель и тем более  самоцель? Во многом. И если собирательно – в самореализации! В творчестве. В Науке: в изучении Мира вне нас, в изучении Человека, Человечества, человеческой истории... В искусстве. В спорте. В благотворительности. Да мало ли…?
Главное, что накопительство, роскошь как самоцель представляется этим «умникам» не интересным, а глупым! И что эти “умники” как и Эзоп обходятся «коркой хлеба и кружкой воды?» Да нет, конечно. Они пользуются всеми благами, но живут по средствам; заработанным, а не нахапанным!
Когда и если эти «умные» победят хитрых и мироедов, такое будет…! Ну, такое…! Ни в сказке сказать, ни пером описать!

А какое ещё «такое»? Какое? Вот что ТЕБЕ нужно для полного счастья?
Я бы ответил на этот вопрос так:
- Хочу всё знать и уметь! И хочу, чтобы Человечеству удалось построить на нашей планете  бесконфликтную Цивилизацию. А для её построения нужны: «Мир, прогресс и права человека». И «эти три цели,- по А.Д. Сахарову,- неразрывно связаны, нельзя достигнуть какой-либо одной из них, пренебрегая другими»!

А как бы на тот же вопрос ответили Вы?

Чёрное море 2008

Мы
Так получилось, что отдыхали мы вчетвером. Объединились в отдыхе ещё с одной парой. Ей, Анне Ефимовне по паспорту 84, а ему, Борису Григорьевичу – 78. Аня – еврейка, а её Боря носит на груди маленький серебряный крестик. Они ежегодно стараются ездить к Чёрному морю. В этом году хотели поехать под Новороссийск, но, узнав о наших намерениях, передумали и поехали с нами в Торнадо-Мицар. Так и сошлись: Аня, Майя и два Бориса.
Аня и Боря по жизни оптимисты, но не из тех, о ком говорят: “В здоровом теле – здоровый дух”. Им ближе несуществующее, пока, изречение: “В нездоровых телах здоровый дух тоже бывает”.
Вот, например, Аня. Маленькая, низенькая, седенькая старушка; пышные, густые волосы белы совершенно. Согбенная спина полностью не распрямляется; даже и при желании. Временами её донимает нездоровый, астматический или аллергический затяжной кашель. И при всём при том она бодрится и держит себя в руках. Большие выразительные выпуклые белесые глаза на удлинённом лице смотрят на собеседника остро и внимательно. Рассказывала, что лет 20 назад оперировалась по поводу рака груди. После операции уже доходила. Но выкарабкалась. Как? Пила, по методике Н.В. Шевченко (и сейчас, для профилактики, время от времени пьёт) тщательно взболтанную смесь из нерафинированного подсолнечного масла и водки; по 30 мл. каждого компонента. Говорит, что это её и вылечило и спасло.
Анин Боря – тоже пример. Лицо у него как круглое печёное яблоко; с тёмными наростами из омертвевшей кожи. В ухе слуховой аппарат. Глаза маленькие, бесцветные. Перенёс 2 или 3 операции, связанные с желудком. Во время предпоследней - хирурги забыли в пациенте нитку, и через пару лет она дала о себе знать. Пошло нагноение и пришлось хирургам бывшего пациента срочно спасать. Спасали и спасли. Но, в результате, живот, ниже пупка, выпятился (сантиметров на 10 больше положенного) и в этом локальном месте приобрёл конусообразную форму; этакая башенка на животе. Сейчас Боря ходит медленно, с палочкой; тяжестей не поднимает. При всём, при том, человек этот, что называется, без комплексов. Улыбается незнакомым молодым женщинам; шутит. При случае, может и на танец пригласить. Заигрывает с маленькими детьми, превращаясь при этом, в якобы страшного и ужасного Карабаса-Барабаса.
Остаётся добавить, для полноты картины, что лет 10..15 назад у Ани с Борей погиб единственный сын в аварии. Осталась внучка.
Собираясь на отдых, Аня с Борей купили современный компактный чемодан на колёсиках с выдвижной ручкой и сложили в него, почти все вещи. Получилось и удобно и не тяжёло. В этих достоинствах чемодана мне посчастливилось убедиться, поскольку, я и носил его, я его и возил. Так и ходил; в левой руке их чемодан, а в правой - сумка с нашими вещами. Другая наша сумка (полегче) досталась Майе.
В дороге
Вечером 3-го сентября мы погрузились в плацкартный вагон поезда Львов – Адлер и отбыли из Таганрога. Поездом предстояло добраться до Туапсе, а далее, до места - автобусом или такси.
Ранним утром (в полшестого) прибыли в Туапсе. Прибыли и сразу же пошли за билетами на обратный путь. Прямых билетов на 11 сентября до Таганрога не было. Но были билеты, боковые места, до Ростова. Их мы и взяли: 3 нижних и одно верхнее в плацкартном вагоне поезда Адлер – Ростов. Далее, до Таганрога - электричкой.
Ничто более в Туапсе нас не удерживало и, примерно, через час после приезда, мы уже ехали в такси по федеральной трассе Туапсе – Новороссийск. Вдоль неё расположены посёлки городского типа. Среди прочих - посёлок Новомихайловский, а в нём гостиничный комплекс Торнадо-Мицар – конечный пункт нашего путешествия.
Дорога от Туапсе до Новороссийска проходит в горах; невысоких, пологих, покрытых лесом. Часто, непосредственно к трассе, то слева, то справа, подходят, круто уходящие вверх, почти не прикрытые растительностью, скалы. Некогда здесь всё пучилось и дыбилось и вдруг застыло. Вспоминаются строки из Высоцкого:  “Здесь раньше,- сотни(?) миллионов лет назад,- вставала земля на дыбы, а нынче гранитные плиты”. В общем, по гранитным плитам, по их наклонам, сегодня можно чётко проследить процессы горообразования.
Трасса в отличном состоянии, но разгоняться на ней нельзя. Видимость не более 100..150 метров. Прямых, в геометрическом смысле слова, участков дороги, пожалуй, что и нет. Всё время плавные изгибы и крутые повороты. А что “там за поворотом(?)”, от глаз скрыто. Строго горизонтальных участков дороги тоже нет. Всё спуски да подъёмы. Сложная трасса! И опасная!
“Много машин бьётся”, - обречённо говорит наш водитель. Ему лет 55, а в этих местах он уже лет 30. Говорит, что их семья переехала сюда из Сибири. В разговоре выясняется, что с Алтая. Отец грузин, а мать русская. Разговорились... и слушаем его монолог:
- Я националист; считаю себя русским, а грузин - ненавижу. Они все воры! И отец мне когда-то об этом сказал. И сказал:  “Сын – ты русский”.
Эти его слова, несколько ошарашивают. Но всё становится на место, если вспомнить о военных действиях (меньше месяца назад) на границе между Грузией и Южной Осетией.
Я перебиваю монолог вопросом:  “Неужели все воры?”
- Все. Лживые и мошенники. Всю жизнь жили за счёт России.
Говорю:  “А мы (имея в виду нас, пассажиров) интернационалисты. Ведь весь народ не может быть плохим. У Грузии многовековая самобытная история и культура и ей есть чем гордиться. Ведь был у Грузии Шота Руставели; ведь есть у Грузии “Витязь в тигровой шкуре”. Уже одно это предмет гордости”. “Помните”, - спрашиваю, - “что сказано у Руставели: “Что припрячешь – потеряешь? Что раздашь – вернётся снова”. Мудрая мысль. Или вот ещё: “Блуд - одно. Любовь - другое. Между ними есть стена. Человеку не пристало путать эти имена.” Это ведь тоже Руставели!”
Водитель несколько стушёвывается. Но, продолжает: “Русских никто не завоюет. Они всем дадут по зубам, и НАТО и американцам. У Гитлера ничего не вышло и ни у кого ничего не выйдет”.
Далее разговор переходит на нейтральные темы и все успокаиваются. Мы мирно беседуя, сворачиваем с федеральной трассы в Новомихайловский, и вскоре вкатываемся во двор гостиницы:
По-прежнему ранее утро; чистое голубое небо; нет ещё и 8-ми. Поднимается из-за высоких, покрытых лесом, гор наше оранжевое светило и заботливо осматривает, не освещавшуюся им со вчерашнего вечера Землю. Выходит оно на свою каждодневную работу. И будет и сегодня светить и греть; и создавать световой день!
Гостиница
Корпус гостиницы Торнадо-Мицар (3-х-этажное здание со столовой на 1-ом этаже и номерами разной комфортности, от 1-ой до 3-ей, на всех этажах) называется почему-то (для экзотики, наверное?) бунгало. Причём, в одном корпусе сразу 2 бунгало; половина здания – бунгало №3, а другая половина – бунгало №4. Корпус расположен прямо на пляже, в 20..30 метрах от воды. Нас разместили в 3-ем бунгало на 2-ом этаже в 2-х-местных номерах 3-ей категории (самых дешёвых); с видом на море.
В номере, в почти квадратной комнате (8..10 квадратных метров), минимальный набор мебели: двуспальная кровать, холодильник с телевизором, столик, 2 табуретки и вешалка для одежды на стене. В санузел (примерно, метр на метр), умудрились вместить унитаз, малюсенькую мойку и смеситель с шлангом для душа. Желающий принять горячий душ должен держать одной рукой шланг с зонтиком (и водой из зонтика), а другой - обмываться. Для воды, стекающей с купающегося, в полу под мойкой предусмотрена решётка.
Оставили строители и оригинальный сюрприз будущим постояльцам: дверь в санузел заставили открываться вовнутрь. Вот так! Теперь, чтобы проникнуть в туалет, надо открыть эту самую дверь, переступить через высокий порожек и изогнувшись, как циркач-эквилибрист, протиснуться в помещение. Затем, оказавшись с другой стороны двери, закрыть её. Не знаю, чем руководствовались “изобретатели” такого “удобства”, но уверен, что самое большое число проклятий от постояльцев уже много лет достаётся именно им.
День первый
Оказывается, появились мы в этих местах очень своевременно. До нас 4..5 дней штормило и море охлаждалось. Температура воды упала до 10 и воздух был прохладен. Но, к счастью для нас, солнце, море, облака и ветер умеют договариваться, а, договорившись, иногда, начинают действовать в желаемом для нас направлении. Как бы там ни было, но нам повезло: и ветер утих, и солнце выглянуло из-за расступившихся туч, и успокаивающееся море стало прогреваться.
С утра народу на пляже ещё немного. Ночи и утренники в этих местах, в сентябре, уже прохладные. Люди ходят по берегу или стоят, разглядывая море. Некоторые в ветровках, но есть и купающиеся; их можно по пальцам перечесть.
Сегодня море почти спокойное. Невысокая волна с глухим рокотом накатывает на пологий берег, усыпанный галькой, обмывает галечную массу и увлекает её за собой. Бегут вместе с волной и трутся друг о друга, шуршащие от удовольствия, камушки. Но унести их с собой в море - волна не в силах. И отползает она, поэтому, ни с чем; в свою стихию, а обескураженная галька, оставшись одна, оседает на мокром песке, ожидая, с надеждой, следующей волны. Эта игра – моря и гальки, длящаяся непрерывно, уже миллионы лет, продолжилась и в это утро.
Солнце, однако, зря времени не теряло; светило себе, и грело; грело себе, и светило. И всё вокруг в быстром темпе стало преображаться; отогреваться и прогреваться. Уже к полудню вода потеплела до 15..18 (а в последующие дни - до 22..25). А в такой воде грех не искупаться.
Эта “ценная” мысль, как выяснилось, посетила не только наши умные головы. Пляж оживает и наполняется людьми; загорающими и купающимися. Загорающих, конечно, больше. Они и стоят, и сидят, и лежат (на подстилках, ковриках и больших надувных матрацах); некоторые под зонтиками.
Пляж (как и баня) – это место, где себе подобных встречают и не по одёжке, и не по уму. Ум не востребован, поскольку баня (как и пляж) – не дискуссионный клуб, а по пляжной одёжке получить представление о человеке сложно. И всё же; и всё же! На некоторых, одёжки почти что и нет; одни достоинства, но гораздо чаще - недостатки. Пропорционально, гармонично сложённых (Гераклов и Венер Милосских) очень мало. Известно, что в более-менее благополучных странах люди страдают от избытка веса или от ожирения, а в бедных – от истощения. В нашем случае, по телосложениям окружающих, несложно было сообразить, что пляж расположен в благополучной стране!
Теоретически понятно, что культура тела – это, вообще говоря, элемент нашей общей культуры и значит, без её изменения, гармонично развитое тело не получить. Что же для такого изменения нужно делать? Ни много, ни мало(!) - изменить себя, т.е. изменить свои мышление и образ жизни. Задачка очень сложная. И, пожалуй, сегодня невыполнимая. Это совершенно другой уровень развития цивилизации. До него наше массовое сознание ещё не доросло. А, если, когда-нибудь, дорастёт, то пляжи будущего целиком заполнятся стройными и красивыми Венерами и Гераклами.
Между тем, купающихся, рискнувших войти в воду и окунуться, становилось всё больше. В нашей четвёрке отношение к перспективе сегодняшнего купания разное. Я собираюсь купаться и сегодня, и ежедневно. Майя ещё не определилась, Аня - против, а Боря молчит.
Страха перед водой у меня нет лет с десяти. Правда, в раннем детстве, пока не умел плавать, заходить в воду на глубину (а это по шею) побаивался. Вырос я на Десне с её быстрым и сильным течением и мои детские страхи были оправданы. Заходить в реку, даже по шею, не умеющему плавать, опасно. Течение может утянуть на глубину. И тогда…
А “тогда” в моей детской жизни было. И было это в пионерском лагере на реке Снов (приток Десны) в селе Клочков (Седневского района, Черниговской области). Снов, в тех местах, речушка узенькая, но течение у неё - сильное и быстрое. Вот мы пионеры в ней и купались. Зайдёшь в воду поглубже (по шею) и оттуда пробуешь (не умея плавать) плыть к берегу. А как можно плыть, не умея плавать? А вот как. Ложишься на воду и имитируешь руками и ногами движения пловца. Глядишь, пару метров и проплывёшь. Проплывёшь и потом на ноги становишься. Но однажды, я зашёл, как обычно, в воду и поплыл, но не к берегу, а по течению. Проплыл сколько смог и решил остановиться. Пробую достать ногами дно. Но где оно?! Дна нет!! Течение снесло меня на глубину. Я испугался и стал погружаться под воду. Инстинктивно поднял обе руки вверх и затем развёл их в стороны. Это движение позволило мне вынырнуть и глотнуть воздуху. Глотнул и снова ушёл под воду. Понял, что тону! Делаю те же движения: руки вверх и в стороны. В результате: выныриваю, вдох, и погружаюсь (и пузыри пускаю, наверное). Время (для меня) почти остановилось и перед глазами, в сознании, прокрутилась, с сумасшедшей скоростью, вся моя коротенькая жизнь.
Кажется, я хотел позвать на помощь, а может быть, что-то и вскрикнул(?). Возможно, на меня обратили внимание ребята(?). Во всяком случае, мои потуги увидел воспитатель, сидевший на берегу. Увидел, что я тону, вошёл в воду и меня вытащил. Сел я и долго приходил в себя, переживая ещё и ещё раз всё случившееся заново; вернулся, в общем, “с того света”.
Помню, что научиться плавать очень хотелось. И учился; вместе с друзьями-сверстниками. А они плавали по-разному. Кое-кто - “по собачьи”, а некоторые, “продвинутые” - загребали руками впереди себя (кажется, мы называли этот доморощённый стиль плавания “на взамашки”). Такое плавание ущербно, в принципе. Сил затрачиваешь много, устаёшь быстро, а толку мало. Но как плавать по-другому я не знал. Вернее знал, что существуют спортивные стили плавания: кроль, брасс и баттерфляй. Но как их освоить, или от кого перенять? Вот вопрос.
И тут мне повезло. Я искал и нашёл в магазине тоненькую книжицу. Называлась она, кажется, “Как научиться плавать”. В ней просто и доходчиво всё пояснялось. Были описаны и нарисованы правильные положения тела и движения руками и ногами для кроля, брасса и баттерфляя. Большое внимание (что очень важно!) уделялось правильному дыханию. Вот эта книжица мне и помогла. Стал я по ней усердно осваивать плавание и, в конце концов, поплыл. Конечно, у меня, наверное, страдала в чём-то техника; что-то, возможно, делал не так. Но главное - плавать я научился!
Вначале учился и тренировался на деснянских водно-спортивных станциях, на, так называемых, нырялках, а потом стал плавать в свободной воде. В один прекрасный день, преодолев страх, переплыл Десну и, с тех пор, это вошло в привычку. Страх перед водой пропал. В дальнейшем, мы (ребята), чтобы не платить за переправу через реку на катере (кажется, 50 коп.) стали реку переплывать. Один из нас с вещами переправлялся на лодке, а остальные - вплавь; и туда, и обратно.
Став старше, я проплывал по Десне до 2-х километров. Плывёшь одно удовольствие! Пока возвращаешься по берегу к одежде, успеваешь обсохнуть.
Приходилось мне купаться (в кавказских турпоходах) и в холодной воде: в горных реках и озёрах. Вода там обжигающе холодна, но обжигающий холод, через который скользишь и плывёшь, по-своему приятен. После купания тело не чувствуешь; покалывает как иголочками. Потом, постепенно, тело возвращается к тебе и наступает блаженство.
Но вернёмся на черноморский пляж. После обеда я и, присоединившаяся ко мне Майя, купаемся. Вода хорошая; умеренно-прохладная. А Аня с Борей в 1-ый день купание пропустили.
Отдыхаем
В гостиничной столовой шведский стол. Завтрак с 8 до 11; обед с 12 до 16 и ужин с 17 до 20. Мы кормимся в 9, 14 и 19.
Утром и вечером я делаю дыхательную гимнастику А.Н. Стрельниковой. Утром – на балконе, глядя на море, а поздним вечером (в темноте) – на морском берегу; рядом с водой.
Появляемся на пляже около 10. Уже жарковато. Мы с Майей располагаемся в 3..5-ти метрах от воды, а Аня с Борей - в тени под навесом. Майя купается первой, а я остаюсь с вещами.
Когда приходит моя очередь, захожу в воду, окунаюсь и брассом плыву до красного буя. До него метров 100. Пару раз спасатель с берега делает мне и таким же неслухам как я (их, кстати, мало) замечание. Сообщает, что зона купания ограничена жёлтыми буями (до них метров 40..50). “Дальше красных буёв”, - говорит спасатель, - “даже рыба не плавает”. Эту фразу, догадываюсь я, он, наверное, придумал много лет назад и теперь иногда её повторяет. Я всё же огибаю красный буй, не касаясь его, и, потом, плыву обратно. К красному бую плаваю каждый день по 2..3 раза; это моя норма. На обратном пути переворачиваюсь на спину и распрямляю ноги. Руки тоже распрямляю в стороны и за голову. Прогибаюсь в спине так, чтобы лицо выглядывало из воды. Вода (идеальная водяная постель) поддерживает меня во взвешенном состоянии и позволяет дышать. В этом состоянии (положительной плавучести) застываю. Это поза отдыха. В ней, практически без движения (слегка балансируя руками, ногами и спиной), можно находиться сколь угодно долго, тратя силы только на поддержание состояния положительной плавучести. Лежу, слившись с водой (став её частью); дышу, отдыхаю и смотрю в голубое небо.
Из воды хорошо видны, покрытые зеленью, горы. Они обступили бухту и, примыкающую к ней, береговую полосу (примерно, километровой длины) со всех сторон. Береговая полоса застроена гостиницами, ресторанами, кафе, магазинами и т.д. Среди прочих - наша гостиница, расположенная на набережной; вплотную к пляжу. Справа от неё, вдоль набережной, вплотную друг к другу – около 10-ка кафе и ресторанов. Запомнились некоторые названия: Давид, Баязет, Олимп, Эмми, Диана, Алые паруса, Молния и т.д. Вечерами в каждом кафе играет во всю мощь своя музыка, поют местные знаменитости (или посредственности!). А кто не поёт - танцует. Кафе размещены рядом, никаких звуковых барьеров между ними нет и, потому, какофония и нагрузка на несчастные уши отдыхающих - колоссальная.
Когда я выхожу из воды, пляж уже заполнен до отказа; ногу поставить некуда. О том, чтобы лечь не может быть и речи, но сесть (с трудом) ещё можно. Смотрю вдоль пляжа-лежбища и вижу копошащуюся, роящуюся человеческую массу, неразделяемую вдали на отдельные тела. Если вспомнить, что каждый человек – это Вселенная, то, сколько же Вселенных собралось? И в каждой голове-Вселенной свои мысли, чувства, страсти, заботы, намерения т.д. Всё это у каждого своё. И оно у разных людей не только не совпадает, но и часто направлено в противоположные стороны. И если всё это просуммировать (векторно), то результирующий вектор покажет куда мы (человечество) движемся; о чём думаем; чего хотим. Во, идея, да?
Кое в чём современный пляж отличается от пляжа 15..20-ти-летней давности. Вот, например, лежат некоторые на своих ковриках, возле воды и разговаривают по мобильной связи. А слышат их, вероятно, где-то далеко, в неведомой российской глубинке, за тысячи километров отсюда. Там уже холодная осень, а здесь ещё жаркое лето. Вот, прямо от воды и передаётся информационное сообщение: “А у нас тут сейчас очень жарко, лежу под зонтиком и вода 24; только что выкупалась”. И услышав это, невольно вспоминаешь: “До чего дошёл прогресс”.
И ещё одно отличие (примета времени) бросилась в глаза. У многих на груди крестики.
Аня не купается; боится. За все дни окунулась раза 3 или 4. Говорит, что это море не для неё. К тому же у неё затяжной, глухой кашель. Зато Боря постоянно на солнце и купается постоянно. Заходит в воду прямо с палочкой, укладывает её на воду и рядом с ней купается. Потом палочка, или люди помогают ему из воды выбраться. Он быстро загорел. Чувствуется, что человек в своей стихии; вероятно, некогда был завсегдатаем пляжей.
Ежедневно, на дню несколько раз, мимо нас проходят странствующие охотники заработать. Предлагают сфотографироваться с несчастным, еле живым питоном или с такой же обезьянкой. Ещё какое-то замученное существо называют крокодильчиком, хотя, по-моему, это варан. Носят вяленую рыбу, павлиньи перья и т.д. Появляются 3 молодых здоровых негра. Тела и лица у них иссиня чёрные (видимо, выходцы из африканской глубинки); а наряды - пояса с побрякушками. Желающие (а это в основном тётеньки с избыточным весом) с ними фотографируются. Негры, на счёт р..раз, вдвоём поднимают объект на уровень пояса; все улыбаются – снимок. Потом, поднатужившись, выталкивают её же на уровень плеч. Снова улыбочка – и снова снимок. Экзотика! Будет что вспомнить женщине в почтенном возрасте!
Становится очень жарко (обгораем) и мы уходим; прямо в плавках и в купальниках в гостиницу.  Перед обедом нужно час - полтора отдохнуть. Теперь мы появимся на пляже только перед ужином, когда спадёт жара.
Тенгинские водопады
  За 2 дня до отъезда решили мы с Майей отправиться в 3-х-часовую автобусную экскурсию на Тенгинские водопады. Это возле посёлка Тенгинка; в получасе езды от нашего места отдыха в направлении Джугбы.
Автобус отъехал от гостиницы в 9 часов. Поздоровавшись, наш экскурсовод Ольга Николаевна (молодая, худенькая доброжелательная женщина с бледноватым лицом, выразительными глазами и напряжённым взглядом) представилась и сообщила, что до места и обратно нас везёт “наш ангел-хранитель”. Тут она назвала имя водителя и сообщила, что он еврей! До сих пор не могу понять, для чего это было сказано?
Дорога до Тенгинки (такая же, как из Туапсе до Новомихайловского), а погода – солнечная. Мы глазели по сторонам, слушая, годы назад составленный и хорошо и прочно заученный, историко-краеведческий монолог Ольги Николаевны. Она увлекательно рассказывала о богатой природе и насыщенной событиями истории этих мест; приводилась конкретика, назывались даты событий, упоминались фамилии давно ушедших людей – героев тех лет. В общем, всё как в любой другой экскурсии.
К сожалению КПД таких рассказов, для слушателей, (при всём моём уважении к экскурсоводам) невысок. Во всяком случае, сегодня, менее чем через месяц после экскурсии, большая часть конкретики и почти все даты с фамилиями из моей памяти выветрились. Получается: - “В одно ухо влетело, а в другое - вылетело”. А что всё же в памяти (а лучше, в сознании) осталось? Осталось то, что мне было известно ещё со школьного курса истории: здесь шли войны между Россией и Турцией за обладание черноморским побережьем Кавказа. А что, всё же, осело в сознании после этой экскурсии: войны были тяжёлые; воевали самоотверженно, был боевой настрой и массовый героизм; многие погибли. Это и позволило России пересилить.
Между тем мы уже проехали Тенгинку, поднялись немного по сузившейся горной дороге и остановились у павильона, рядом с которым, под навесом, можно было съесть мороженное или промочить чем-нибудь горло. Дальше дороги не было. Во всяком случае, автобусной.
Вышли мы из автобуса и вначале увидели приручённого орла. Он сидел на жёрдочке возле скамейки и подчиняясь хозяину фотографировался со всеми желающими. Не бескорыстно, конечно, а за 50 рублей. Клиент садился на скамейку и выставлял в сторону руку. Орёл, по команде хозяина, перепрыгивал на подставленную руку и расправлял в стороны крылья; в размахе, наверное, метр. После снимка орёл возвращался на место, а хозяин забирал 50 рублей. Когда некий турист сфотографировал орла без позволения, хозяин потребовал у него деньги и отобрал таки свои кровные.
Наконец, желающих фотографироваться не осталось. Честно отработавший свой кусок мяса орёл (он был привязан за ногу к дереву) спрыгнул на землю и стал там возле дерева расхаживать. Разминал, видимо, ноги и размышлял о чём-то своём; орлином. А мы оставили это гостеприимное место и пошли к водопадам. Идти к ним по лесной дороге минут 30; подъёмы и спуски были пологими. Экскурсия растянулась метров на 100. Ольга Николаевна что-то рассказывала впередиидущим, а мы, стараясь не отставать, всё-таки, отставали.
Водопадов (это громко сказано) всего три. Вначале мы подошли к двум первым. Два ручейка, а точнее две струи, диаметром 15..20 см падали в небольшое озерцо с высоты метров 15. Между струями метров 5. Хоть водопады и небольшие, но некоторая экзотика в этом месте всё-таки ощущается. Зелень, падающая вода, чистый воздух, ощущение вечности, спокойствие и таинственность; первозданная природа. Всё красиво; как в сказке!
До третьего водопада можно было добраться только по канатной дороге. Канатная дорога очень оригинальная; с ножным приводом. Таких я ещё не видел.
На крутом горном склоне оборудованы две площадки-платформы для причаливания люлек-челноков. Люльки такие же, как на развлекательных аттракционах, например, на колесе обозрения. Между платформами натянуты тросы; расстояние метров 40..50. Люльки, со всеми необходимыми механизмами, подвешены к тросам, а в люльках сидят велорикши и ногами крутят педали. От этого ножного привода люльки и движутся. В люльке предусмотрены места для двух пассажиров и водителя. Люльки две. Ребята-велорикши крутят педали, в прямом смысле, в поте лица. Работа тяжёлая, потная.
Дорога от платформы к 3-му водопаду уже по-настоящему горная и даже, если нет кроссовок или кед, опасная; можно поскользнуться на мокрых камнях. Специальной горной обуви у нас не было и потому, Майя осталась возле платформы, а я пошёл к водопаду. До него - метров 100..150 по узкому, извилистому, горному ущелью; по гладким, мокрым, скользким камням. В одном месте, перебирался, через текущий по ущелью ручей, по мокрому, из тонких круглых жёрдочек, мостику. Но ничего, обошлось. Дошёл туда и вернулся обратно благополучно. Ещё и руку на мостике предложил и подал туристке. Она боялась поскользнуться и собиралась преодолевать мостик не на двух, а на 4-х конечностях.
Ну, а что же водопад? Это ручеек, падающий в озерцо с высоты метров 10. Вроде бы ничего особенного, но место и всё вокруг очень уж первозданные. Такими они были, наверное, и миллион лет назад.
Ну а к обеду мы уже вернулись в Торнадо-Мицар.

Пятница, 10 октября 2008 г.
13 ч. 37 мин. 52 сек.

Недоверчивое отношение

«Единожды солгавший, кто тебе поверит?»
Козьма Прутков.

  Я жил в 20-м веке и продолжаю жить в 21-м.
  Как живу? Да, нормально! Дышу бесплатно, а... за остальное плачу. В частности, оплачиваю поступающие в квартиру блага цивилизации: воду, электроэнергию, газ, тепло, телефонную связь, телевизионный сигнал и интернет.
  Как я рассчитываюсь за блага? А очень просто. В начале месяца оплачиваю блага, полученные в предыдущем месяце. Стоимость благ прописана в получаемых мною от их поставщиков «извещениях» или «счетах» на оплату. И по этим платёжным документам я добросовестно и своевременно плачу. И оплаченные мною суммы фигурируют в квитанциях по оплате и подтверждаются ими.
  И в извещениях и в квитанциях содержится не только вся необходимая финансовая информация, но и даты создания этих документов. А в извещениях ещё указывается дата и сумма последней, полученной оплаты, а также долг и пеня; если они есть.
  Какими должны быть отношения между поставщиком благ (услуг) и их потребителем?
  Тема большая, и я коснусь только конечной её стадии – финансовых расчётов. Так вот, отношения должны быть честными и, следовательно, уважительными; ибо без честности не бывает доверия и уважения! Я получил услугу, и мне предъявили финансовый документ, в котором указана стоимость услуги. Я оплачиваю услугу и получаю подтверждение оплаты, т.е. квитанцию. Затем мои деньги и квитанция отправляются поставщику, он их получает и успокаивается. В результате я получил услугу, а поставщик деньги. И все довольны! Такие отношения я считаю честными и уважительными!
  А что, бывает иначе?
  К сожалению, бывает. Это когда я заплатил поставщику за услугу и отправил ему квитанцию об оплате, он деньги и квитанцию получил, а в следующем месяце присылает счёт, и из него следует, что моя оплата якобы не получена, т.е. за мной долг! Это откровенное мошенничество и неуважение ко мне. Ибо тех, кого уважают, не обманывают, и им не лгут!
 Обманывали ли меня подобным образом?
       Обманывали, и не раз. И не только меня, но и многих таганрожцев. И эта история с обманом тянется примерно с 2005-го года.

 Всё началось (для меня) в 2005-ом году с «милой», оригинальной предновогодней «шутки» горгаза; с его (горгаза) поздравительного извещения! До этого в декабре уже было обычное извещение на оплату стоимости газа, и я его оплатил! А тут пришло ещё одно извещение; поздравительное! В нём горгаз поздравил меня с Новым 2006-м годом. И поздравил издевательски неискренне! Судите сами. На одной стороне листа поздравление, а на другой - извещение о якобы существующей задолженности по оплате газа за декабрь! И просьба, примерно, такая: «Погаси задолженность и встречай Новый год!»
   Возмутили в этой истории ложь и фальшь! Они забыли, что я тоже ЧЕЛОВЕК, и в извещении мне лгали о задолженности. Лгали, и значит, НЕ УВАЖАЛИ. Ибо тому, кого уважают, не лгут! Ну не уважаете, не поздравляйте, ведь никто же за язык не тянет! Ведь должны же понимать, что поздравления от лжеца всегда звучат фальшиво!
   Поздравительные извещения в декабре были рассчитаны на чересчур дисциплинированных таганрожцев, готовых не задумываясь платить. И такие нашлись. Много одураченных людей, не подозревающих о мошенническом подвохе, стали оплачивать извещения; гасить несуществующие долги. Но нашлись и другие таганрожцы; бдительные. В их числе и я. Ибо знал я, что за декабрь долгов у меня нет! Так вот эти «бдительные» с самыми серьёзными намерениями пришли в горгаз и заполнили весь абонентский отдел. И у всех злополучные извещения, и все пытаются выяснить, в чём дело?
  И вот фрагмент спектакля, разыгранного в абонентском отделе:
  «Бдительный» абонент подаёт в окно извещение и спрашивает: «Проверьте, имеется ли у меня задолженность за декабрь?» Из окна вопрос: «А где Ваша квитанция по оплате?» «Затерялась», - отвечает «бдительный».
  Оператор (за стеклом) чего-то там просматривает и внятно произносит: - «Да. У Вас есть задолженность за декабрь. Погасите её».
 Но «бдительный» ведь тоже не лыком шит! Возможно, подобное извещение о несуществующем долге за декабрь он получал и раньше. В общем, достаёт он из кармана якобы потерянную квитанцию по оплате и предъявляет её. И оператор, ничтоже сумняшеся, говорит: «Считайте, что нашего извещения Вы не получали. Забудьте о нём. Это было, как бы, наше (горгаза) Новогоднее поздравление(?!)».
 «Бдительный» требует вернуть квитанцию по оплате и отправляется с ней к начальнику, прячущемуся за одной из дверей абонентского отдела. А тот тоже рассказывает байку про разосланное горгазом новогоднее поздравление(?!). А когда «бдительный» указывает на недопустимость подобных преступных финансовых «шуток», начальник выходит к людям и объявляет: «Граждане, не имеющие долгов и получившие от нас извещения за декабрь, могут их не оплачивать». После этих слов я чертыхнулся про себя (потерянного времени жалко!) и вышел на улицу; покинул спектакль! Но стоит заметить, что слова начальника слышали не все таганрожцы. А «поздравительные» извещения получили, наверное, все!
   История с «поздравительными» извещениями получила видимо скандальную огласку, потому что потом я видел объявление, в котором горгаз извинился за «поздравительные» извещения. То, что горгаз извинился – это хорошо. Но плохо то, что извинение было откровенно лживым и рассчитанным на дурака (извините!).
  Таганрожцам объяснили, что в рассылке поздравительных извещений виноваты, конечно же, не люди! Нет, не люди! А кто же? Да так..., сбой в программном обеспечении случился.... Ну как вам такое? Нашли крайнего! Машина дура и на неё всё можно списать? А управляет компьютерами кто? Не человек? Ну и ещё в извинительном объявлении горгаз всех просил не беспокоиться и не оплачивать несуществующий долг.
   Вот это объяснение, с навешиванием лапши на уши, говорит о многом. И в частности, о том, что ложь и лжецы никуда не делись! И значит, всё может повториться. А если может, то и повторяется! И оно потом повторилось уже 16 раз!
  Последнее извещение о несуществующем долге за газ я получил в декабре 2020-го года. Разумеется, на него не среагировал, и по нему не заплатил. Я то не заплатил, но раз извещения по декабрям рассылают всем, то значит, есть и те, кто платит в декабре дважды? Не так ли?
  Ну, и самое интересное! Меня бы не удивило, если бы извещение на оплату несуществующего долга за газ пришло в декабре 2021-го года, но оно вдруг... пришло в мае!
  3-го мая сего года, я оплатил стоимость газа за апрель, а в бумажном извещении от 13-го мая прочитал, что последняя полученная от меня плата за газ поступила 12-го апреля! И то же самое прочитал и в электронном извещении от 14-го мая. И получилось, что я якобы 3-го мая за апрель не заплатил! И вот это меня достало!
  И тогда написал я об этом начальнику таганрогского участка ростоврегионгаза письмо:
  "Здравствуйте, Роман Александрович.
  Получил электронное извещение № 1 927 (от 14.5.021-го) на оплату газоснабжения, в котором указано «последнее получение оплаты» 12.4.021-го и долг в размере 186,91 рб. Высылаю квитанцию (в файле), подтверждающую оплату (3.5.021-го) газоснабжения за апрель 2021-го года. Прошу подтвердить получение оплаты газоснабжения за апрель и сообщить, почему её не учли?
С уважением, Вольфовский Б.Н. Лицевой счёт 4 601 302 981; Код 46» 20.5.021 в 17:51.

  На письмо ответила Александра Петровна (АП) - старший контролёр таганрогского участка газпром межрегионгаза:
«Здравствуйте, ваша оплата от 04.05.2021г в сумме 191,00 поступила на л/счет позже, чем была распечатана квитанция за май. По этой причине вам пришла некорректная квитанция на оплату»      21.5.021 в 11:27.                                                                        
 Из письма я понял, что мою оплату АП увидела не 3-го, а 4-го мая, т.е. на следующий день. Что ж и это неплохо! Значит, мои деньги никуда не делись! Но почему она пишет, что они пришли позже распечатки квитанции. Во-первых, (ей ли этого не знать!) я получаю из горгаза не квитанцию, а извещение, и, во-вторых, электронное извещение мне пришло 14-го мая. И об этой нестыковке я и написал АП письмо (и копию отправил её начальнику):

(Нестыковка)                                  Уважаемая Александра Петровна.
  У меня пасьянс не складывается. Моя оплата в сумме 191 рб поступила (Вы об этом написали) «04.05.2021г», и после этого через 9 дней, т.е. 13.5.2021-го было распечатано, полученное мною, бумажное извещение №46130521003225, в котором моя оплата в сумме 191 рб учтена не была. Кроме этого, мне прислали электронное извещение № 1 927, от 14.5.021-го в котором через 10 дней, по-прежнему(!), моя оплата в сумме 191 рб учтена ещё не была.
  Так что вопрос остаётся прежним: «Почему через 9..10 дней после поступления моей оплаты она не поступила на мой лицевой счёт?»
        Всего доброго. Вольфовский Б.Н.    21.5.021 в 13:33

            Я ждал быстрого ответа, но его не было, и решил я, поэтому, прояснить ситуацию:

                                               Здравствуйте, Роман Александрович.
 Меня удивляет отсутствие какой-либо реакции на переписку.
 Вопрос: «Когда ждать, или... не ждать?» ответ на вопрос, заданный в моём письме.
 Всего доброго. Вольфовский Б.Н.        22.5.021 в 14:39.

 На это письмо через 5 дней ответила Александра Петровна:

 Здравствуйте, квитанции поступают к нам в абонентский отдел электронными реестрами, в связи, с чем бывает задержка в выгрузке. Если вы будите производить оплату с 1 по 5 число, квитанция будет приходить к вам корректная.  27.5.021 в 16:07.                        
 Из этого ответа следовало, что АП или не в теме, или... пытается обвинить меня в том, что я опоздал с оплатой извещения. И это не есть хорошо, и даже ай-яй-яй! Ведь она не может не знать, что оплачивать извещения без пени можно с 1-го по 10-е, а не по 5-е число как написано у неё. Но даже если и по 5-е, то это все равно её не спасает. И об этом я ей и написал:

  Уважаемая Александра Петровна!
  К сожалению, не могу с Вами согласиться.
  Давайте вместе с Вами ещё раз пройдёмся по хронологии.
 1. Вы написали «Если вы будите производить оплату с 1 по 5 число, квитанция будет приходить к вам корректная»
 Ещё раз прошу, ПОСМОТРИТЕ ДОКУМЕНТ, т.е. присланную мною квитанцию!               Она датирована 3-им мая, а Вы указали крайний срок «5 число». И получается, что я уложился в указанный Вами срок, а извещение от Вас пришло некорректное!
И отсюда вопрос: «Чем Вы это объясните?»
 2. Бумажное извещение, от Вас (по оплате газа за май) я получил 13-го мая, а электронное извещение - 14-го мая. И в обоих извещениях написано, что последняя плата от меня пришла 12-го апреля, т.е. моя оплата от 3-го мая ещё учтена не была!
Отсюда следует, что даже 14-го мая, Вы ещё не зачислили, пришедшие от меня 3-го мая деньги на мой лицевой счёт. Вопрос: «Почему?»
 3. И третий вопрос: «А какого числа Вы зачислили деньги на мой лицевой счёт?» Понятно, что после 14-го мая, но конкретно - когда?
 Жду от Вас чётких аргументированных ответов.
 Всего доброго. Вольфовский Б.Н.      29.5.021 в 23:54.

 На это письмо АП ответила через 6 дней. И ответила лукаво! Вот так:
 «Добрый день! Отплата от 03.05.2021г. на сумму 191,00 руб. поступила на лицевой счет. Долга и пени за апрель 2021г. нет».        4.6.021 в 10:58.                                                                   
На самый главный вопрос «КОГДА поступила оплата на лицевой счёт» ответа в её письме по-прежнему нет, и по-видимому не будет! И для того, чтобы было понятно, что лукавый ответ меня не устраивает, я написал последнее письмо:

 (Уточните)
 Уточняющие вопросы:
 1.На лицевой счёт моя оплата поступила 03.05.2021г?
 2.Почему в бумажном извещении от 13-го мая написано, что последняя оплата поступила 12 апреля 2021г, и почему это же написано в электронном извещении от 14-го мая?                                                  4.6.021 в 15:54.

Честных ответов на это письмо, учитывая всё вышеизложенное, я не жду.

   И подведу итоги.
   Доверия к таганрогскому горгазу у меня нет, и потому ОТНОШЕНИЕ У МЕНЯ к нему НЕДОВЕРЧИВОЕ! И уверен, что я не одинок!

С Днём Победы

Я потерял на войне папу и трёх дядей. Не видел их живыми, не слышал их голосов, не говорил с ними... Война всего этого меня лишила! У погибших война отобрала жизни, ну а «тем, кому выпало жить» - покорёжила судьбы.
Сегодня Мы празднуем День Победы -  «праздник со слезами на глазах». Это главный праздник 20-го века, ибо не было бы Победы - не было бы и нас!
Мы в неоплатном долгу перед нашими дорогими Освободителями и Победителями, которые в той страшной войне заплатили миллионами своих жизней за наши жизни. За наше право быть людьми, за наше право на человеческое достоинство и уважение, за наше право жить в своей стране и быть её свободными, достойными и ответственными гражданами. За наше право жить, так как нам хочется!
Сегодня поэтому мы просто обязаны (в память о НИХ) ЖИТЬ ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ. А это значит, что в нашей стране должны УВАЖАТЬ человека, его права и свободы. У нас должно быть верховенство закона и закон должен быть одинаковым для всех. И ещё у нас должна быть регулярная и неукоснительная СМЕНА ВЛАСТИ НА ЧЕСТНЫХ ВЫБОРАХ!
О том, чтобы жить в стране со всем вышеперечисленным мечтали ОНИ. И наш долг и перед ними и перед собой такую страну построить! Ведь только после этого мы, не кривя душой, сможем ЧЕСТНО; с ЭНТУЗИАЗМОМ и ЛЁГКИМ СЕРДЦЕМ пропеть:
«Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек»
и «Человек проходит как хозяин Необъятной Родины своей»
И не будет тогда в этой песне 1936-го года рождения ни грамма фальши!
Поздравляю всех с главным праздником 20-го века Днём Победы!

Военное детство

Моя предыстория.
Истории жизни каждого человека предшествует предыстория. В частности, моя предыстория – это история моего появления на планете Земля; в конкретном её месте и в конкретное время.
Мне неизвестна достоверная история миграций моих пращуров и предков, но миграции безусловно предопределили место моего рождения. Я не знаю откуда и когда переселились мои предки евреи в Российскую империю, но знаю, что по указу императрицы Екатерины 2-ой, территории, на которых им разрешили жить ограничили «чертой оседлости». Знаю ещё, что евреи строили на разрешённых землях еврейские местечки – штетлы. И располагались они в 15-ти губерниях в том числе и в Черниговской. Ну и знаю, наконец, что в 1917-м году черту оседлости отменили, и евреи стали переселяться в города. И вот тогда-то в Чернигов перебрались из окрестных сёл родители моего отца и мамы.
Мой папа - Вольфовский Наум Аронович родился 18-го июня 1910 года в многодетной семье. Детей было 11. Четверо умерло во младенчестве, а семеро - братья: Мотя (Мотл), Зяма (Зиновий или Залман), Меня (Менахим) и Ноня (Наум) и сёстры: Женя (Черня), Аня (Хая) и Этя - выжили.
Папин отец (мой дед) Арон (Арье) Гецелевич Вольфовский родился в 1876 году и прожил 90 лет. Был он глубоко верующим и почитаемым в общине человеком. А уважали его за хорошее знание религиозных книг и неукоснительное соблюдение обрядов и традиций. И бабушка - Песя-Рейзя Берковна (урождённая Аронова) глубоко верила и знала наизусть молитвы. Родилась она в селе Жуковка, Куликовского района Черниговской области в 1878 году и прожила 78 лет.
В семьях Вольфовских, берущих начало от прадеда Гецеля и пробабушки Фрумы, все мужчины (и папа) традиционно были обойщиками мебели. Жили очень бедно, но деда это не очень волновало. Он, например, по пятницам, при любом экономическом раскладе в семье, приглашал на обед нищих. Таковы были традиции. Я видел деда уже старым человеком. Был он низенького роста. Лицо заросло волосами, спускавшимися от висков по бокам щёк. Далее волосы без просветов переходили в густые усы и бороду и полностью закрывали губы. А на открытой части лица размещались щёки, большой открытый лоб, не поддавшиеся седине брови и внимательные живые глаза.

1936 г. Вольфовские. Слева направо. Сидят: Мотя, бабушка, дедушка, Эстер, Наум. Стоят:  Женя, Зяма, Аня, Меня, Этя.
На голове у деда всегда была фуражка или кипа. Он их никогда не снимал, и все в его присутствии были с покрытой головой. Запомнился он мне читающим. Послушные пальцы переворачивали страницы какой-нибудь религиозной книги, глаза читали, а бескровные губы заученно, скороговоркой, НАРАСПЕВ шептали слова молитвы. Помню я и всегда добрую, располагающую улыбку бабушки. Была она добрейшей души человеком.
Мама - Вольфовская (урождённая Аронова) Двейра (Вера) Бениаминовна родилась 22 июня 1912 года и была вторым ребёнком в семье (детей было шестеро). Ей было около 8 месяцев, когда в 1913 году умерла её мама (моя бабушка) Рася. Сохранилась фотография, на которой в плетённом из лозы кресле сидит и с удивлением и интересом смотрит на мир моя маленькая мама. А слева стоит её сестра – 5-тилетняя тётя Феня (Фрейда-Гися).
После смерти Раси, дедушка, Бениамин Беркович Аронов, женился на Эстер Майлис, и в их семье родились две дочки: Маша и Рая (Ревекка), и два сына: Яша (Ейзя) и Гриша.
Лето 1940 г. Ароновы. Слева направо. Сидят: Вера, бабушка, дедушка,  Феня.
Стоят: Наум, Рая, Гриша, Маша, Яша
Родился дедушка в 1884 году (в селе Орловка, Куликовского района Черниговской области) и успел повоевать и в японскую и в первую мировую войны. Когда-то, при НЭПе, у него была лавка, а после отмены НЭПа, замучили его налогами и от лавки пришлось отказаться. Стал продавать керосин в государственной лавке. Прожил дедушка 75 лет.
Отец деда (мой прадед Берка = Берл) по рассказам тёти Раи в старости был неухожен и недосмотрен. Жил в каком-то подвале ещё с одним бедолагой. Ходил босиком. Время от времени приходил в семьи сыновей, но там его не особенно привечали. Детей у прадеда и прабабушки Фрейды-Гиси было пятеро. Старший сын Довид и дочь Бася ещё при царе уехали в Америку. Третий сын – мой дед Бениамин, четвёртый - Матус (кровельщик), а пятый - Хацкель (сводный брат).
Умер прадед в возрасте 73-х лет в 1928 году (и значит, родился в 1855-ом). И умер ведь не от болезни! А просто решил продать корову. Обвязал ей верёвкой рога и повёл на рынок. Когда шли мимо синагоги, корова мотнула головой и дёрнула верёвку. Да так сильно, что не устоял прадед - упал и умер. По другой версии: корова его боднула.
Вторая жена деда Эстер (Эсфирь) Янкелевна Майлис (моя вторая бабушка), родилась в 1883 году в селе Ново Белоус под Черниговом и прожила 71 год. В её семье все традиционно были портными и шапочниками.
Мои родители зарегистрировали свои отношения 6-го ноября 1939-го года. Это был понедельник, рабочий день и папа отпросился со своей работы, а мама - со своей. Пришли в ЗАГС, зарегистрировались и вернулись на рабочие места. Тогда это было нормой. Ну а свадьба, конечно, была; и говорят неплохая. И рассказывали, что папа неплохо играл на балалайке. Интересное увлечение!
Отец, по-видимому, был хватким малым и собирался жить долго на этой Земле. Ну и обустраивался, конечно. Пристроил 2-е комнаты, кухню и сени к другому дому, дому его родителей. Не каждому такая стройка по плечу. А он смог, и во дворе дома на Куйбышева №8 появился построенный им дом! И в нём во вторник 11 марта 1941 года, родился я! И вот тогда-то и началась история моей жизни. И началась с пилюли, ибо через 103 дня началась война с Германией. Но... «Времена не выбирают, в них живут и умирают»!
Эвакуация
В первые же дни войны папу призвали в армию в качестве командира взвода, младшего лейтенанта. И основания для таких назначений были, ибо в 1935-ом прошёл он воинские сборы на Дальнем Востоке и стал командиром отделения. И на фото (18 июня 1935-го) ему 25 лет, он в форме и в петлицах у него два треугольника.
Некоторое время папа ещё просто ходил в военкомат; формировалась часть. За эти несколько дней он помог маме, родителям и сёстрам с моими двоюродными: братом Изей и сестрой Верой, подготовиться к эвакуации.
7-го июля папина семья (и мама со мной) эвакуировались, а папина часть ещё оставалась и убыла из Чернигова 9-го августа в направлении Золотоноши Черкасской области. Далее часть проследовала через село Гребёнка и районный центр Лубны к Полтаве и Харькову. Под Харьковом в конце августа были ожесточённые бои, и там папа пропал без вести.
Ну а в июле, папина семья, мама и я ехали в эвакуацию; на восток. Ехали очень долго и у мамы из-за меня были сплошные проблемы. Например негде было стирать. И пришлось ей стирать мои пелёнки в лужах!
Недели через две доехали до Соль-Илецка, Чкаловской (ныне Оренбургской) области, и решили остановиться. И в Соль-Илецке мама получила от мужа единственную открытку и фотографию, отправленную 19 августа 1941-го из села Гребёнка Полтавской области. А потом пришла и телеграмма из города Лубны: «проездом Лубны жив здоров Ноня»; отправлена 30-го августа в 12 ч. 16 мин. Так вот телеграмму мама получила, когда папы уже не было в живых! Это была последняя весточка от него. И на этом связь с папой оборвалась... НАВСЕГДА!
Лишь в 1947-ом мама получила извещение: - «Младший лейтенант Вольфовский Наум Аронович – командир взвода, призванный по мобилизации в 1941-ом году пропал без вести в АВГУСТЕ 1941-го года».
И получается, что в полдень 30-го августа папа проездом в Лубнах был ещё жив и здоров, и значит, пропал без вести в оставшиеся 36 часов августа! На фотографии, которую он прислал, вижу грузовик-полуторку и 15 (с ним) солдат. И видно, что призваны из резерва. Папа на переднем плане, опирается на крыло машины; смотрит вперёд. Стоят видимо давно. Ожидают. Лица у всех спокойные и некоторые даже улыбаются! Улыбаются!!! Что они видят перед собой? Остановись мгновение! Они ещё не знают, что их ждёт! Но я то в 21-м веке знаю, что из Харьковского котла, почти никто не вышел!
В открытке, от 19-го августа папа писал:
- Здравствуйте дорогие родные. За всё время я от вас не имел писем в последний день перед от’ездом … получил 4 письма от Моти, Соломона, Зямы, и Жени (моей тёти). Я с Чернигова выехал 9 августа, был в Золотоноше, сейчас еду в Полтаву всё благополучно в боях я ещё не участвовал и не скоро буду участвовать. Вера (моя мама) я пишу тебе на этой же открытке мне интересно знать получаешь ли ты деньги по аттестату ты должна по нему получать до июля 42 г. Очень плохо, что я не могу иметь от вас известий, адреса нет. Будьте здоровы. Ноня ( = уменьшительное от Наум).
А сбоку печатными буквами приписано: - «ПРИВЕТ ВСЕМ».
Но что такое «ВСЕМ»? Это ведь и нам, живущим в 21-ом веке! Спасибо папа! Все мужчины из открытки, Мотя и Зяма – братья отца и Соломон – отец двоюродного брата Изи, погибли.
19.8.1941 г. с. Гребёнка, Полтавской обл. На переднем плане Наум Вольфовский.                     19.8.1941 г. с. Гребёнка. На переднем плане Наум Вольфовский
Но вернусь в 1941-ый.

Папа отправил свою единственную открытку из Гребёнки и телеграмму из Лубен по адресу: Соль Илецк Чкаловской обл. Уральская №17. Смолянко для Вольфовского А.Г; для Веры. А со слов тёти Раи, жили мы в Соль-Илецке на ул. Ивановской №32. Рая, будучи на фронте, разыскала нас по этому адресу через полевую почту. И получается, что адрес наша семья сменила. Переехали с Уральской улицы на Ивановскую.

А теперь - о злоключениях маминой семьи.
Мамины родители Бениамин и Эстэр и сёстры Феня и Маша – эвакуировались из Чернигова в августе. И они даже успели получить письмо из Соль-Илецка от мамы. Подробности эвакуации я узнал от них и от Раи с Беллой - дочерей Хацкеля. Рая старше меня ровно на 9 лет, а Белла - на 6. Обе живут в Израиле. Рая в Бат-Яме, а Белла в Кирьят Шмоне.
Так вот об эвакуации. Как же это было.
В конце августа, когда надежд на то, что немцы не войдут в Чернигов не осталось, мой дед Бениамин решил эвакуироваться и забрать семью брата Хацкеля.
А Хацкель в предвоенные годы был осуждён по сфабрикованному делу и сослан на Колыму. И когда он ехал в ссылку, то бросал в окно записки с текстом: «Везут, не знаю куда», и указывал черниговский домашний адрес. И одну из записок подобрали и отправили по указанному адресу. И она дошла до Сони жены Хацкеля. Поэтому, когда началась война Соня решила ждать мужа в Чернигове; боялась что он, вернувшись из заключения, не найдёт семью.
Бениамин знал, что Соня эвакуироваться не хочет. Но когда припёрло, он в последний свой приход сказал ей так: «Ты поступай, как знаешь, а я в ответе перед Хацкелем за детей и я их заберу!» И Соня… согласилась(!), срочно собрала вещи и дочерей: Таню, Феню, Раю и Беллу, и они, по словам Фени, ушли из дома 22 августа и поехали с Бениамином и Гришей (моим дядей) в речной порт грузиться на баржи, отправляющиеся по воде в посёлок Макошино. Ибо уехать из Чернигова по железной дороге было уже нельзя, а уехать поездом из Макошино было ещё можно
Семьи Бениамина и Сони эвакуировались, а Гришу призвали в армию из Чернигова.

В речном порту беженцев разместили, по словам Беллы (6,5 лет) на двух баржах, а, по словам Раи (9,5 лет) – на трёх. Баржи тянул вверх по Десне к Макошино буксир. Недалеко от Макошино попали под бомбёжку. И одну баржу, по словам Беллы, (или две по словам Раи), разбомбили. А баржу с семьями Бениамина и Сони оторвало от буксира и течением прибило к берегу. И люди сошли на берег и спрятались в карьере.
По словам Беллы в карьере добывали глину и она помнит что сверху свисали ветки ажины( = ежевики) и помнит, что ела ягоды. После бомбёжки вернулись на баржу и буксир дотянул её до Макошино. А в Макошино выгрузились, с трудом добрались до железной дороги, погрузились в товарняк и поехали.
А по словам Раи, беженцы выгрузились с баржи и до Макошино шли пешком (по другой версии: ехали на телегах). Хотелось есть, но еды не было и по пути ели кукурузу и подсолнухи. На станции их покормили и сказали: «Ждём ночи». А ночью погрузили в очень грязный (после коров) вагон, и его пришлось чистить.
Их состав отъезжал из Макошино последним и, ехавшие с ними зенитчики, разрушили после отхода поезда  мост через Десну.
На станциях беженцев кормили, а в дороге не было ни еды, ни воды. И ели то, что удавалось найти на полях. Выкапывали морковку и картошку, а воду брали из луж.
В крупной станции Купянск, Харьковской области тётя Маша, перенёсшая до этого операцию на ноге, и Рая отправились за хлебом, а когда вернулись, их поезда уже не было; ушёл! И они пошли за ним вдоль железной дороги. Идут и вдруг - встречный поезд! Откуда..., и что за поезд? И оказалось, что это их вернувшийся поезд. Впереди разбомбили железнодорожные пути, и он вынужденно вернулся. И получилось, что «не было бы счастья, да несчастье помогло» им воссоединиться с семьями!

После ремонта дороги двинулись дальше. И снова бомбили. Моя тётя Феня рассказывала, что бомбили в дороге часто и всякий раз останавливались, выскакивали из вагона и прятались от падающих бомб в кюветах возле железной дороги.
Бомбёжек боялись, они держали в напряжении всех. Но чтобы от них избавиться, нужно было оторваться от наступающих немцев. Поезд поэтому старался идти без остановок и наконец оторвался! И бомбёжки прекратились!
Второй раз Маша с Раей снова искали еду и снова отстали от поезда на станции Ртищево в Саратовской области. И снова догоняли. На этот раз в грузовом поезде; в открытом вагоне с углём. Промёрзли и выпачкались в нём изрядно, но отмыться было негде. А третий раз отстали на станции Иртышское в Омской области.
Эвакуация была очень тяжёлым физическим и моральным испытанием для беженцев. Всех эти тяготы достали и все реагировали. Бабушка Эстер, например, по словам Раи, часто причитала на идиш.

Примерно через месяц наши беженцы добрались до Новосибирска и там удалось помыться! А из Новосибирска поехали в Гурьевск Кемеровской области и прибыли туда уже в октябре. И в Гурьевске Бениамин с семьёй решил остаться.
А Соня с дочерьми поехала дальше, на Барит-рудник. Ибо в Барите Тане, Сониной дочери, предложили работу стоматолога. Бариту был нужен зубной врач, и оказалось, что среди беженцев, прибывших в Гурьевск, только она, единственная из 300 пассажиров, была зубным врачом. Таня, разумеется, согласилась и отправилась, вместе с мамой и сёстрами в Барит. До него железной дороги не было, и добирались двое суток на телегах.

И теперь снова в Соль-Илецк.
Жить в нём во всех отношениях было трудно, но я этих тягот ещё не осознавал, ибо был грудничком и полностью зависел от мамы; моего ангела-хранителя. Она заботилась обо мне, меня защищала, но... не всегда могла обнаружить и обезвредить моих врагов.
Я по её рассказам по ночам плакал. И она долго не могла понять почему. И из-за этого даже злилась на меня «вредного». В общем, я плакал, никому не давал спать, и однажды ночью её терпение иссякло, и она включила свет. Включила и ужаснулась! Увидела, что по мне, по лицу и телу ползают клопы. А кусаются клопы очень больно; и не захочешь - заплачешь!
 Клопы дело серьёзное, с ними надо было что-то делать, и мама приняла решение. Утром
обработала кипятком мою кроватку, затем установила каждую её ножку в консервную банку, а в банки налила керосину. Это для того, чтобы преградить путь клопам и не дать им добраться до моего тела. Но клопы ведь тоже не промах, и возможно у них развито какое-то неведомое мне чувство. С чего я взял? А дело в том, что они, и я в этом уверен, меня чувствовали! Иначе как объяснить то, что ночью они вскарабкивались по стенам к потолку, ползли по нему, останавливались над моей кроваткой и пикировали на меня с потолка!

Мама меж тем переписывалась с родителями, осевшими в Гурьевске, и они её туда звали; писали, что у них жизнь лучше. И летом 1942 года она решилась на путешествие: Соль-Илецк – пересадка в Новосибирске – Гурьевск.
В Новосибирске, мы ожидали поезда на Гурьевск в комнате матери и ребёнка. Наконец он прибыл, объявили посадку и тут началось! Вначале, мама отнесла в плацкартный вагон меня. Занесла и положила свёрток со мной на нижнюю полку. Затем пошла за остальным. А когда вернулась, все полки были заставлены вещами, а её встретила какая-то разъярённая женщина и стала поносить последними словами за то, что она оставила меня на полке без присмотра. Оказывается, меня чуть не придавили чем-то тяжёлым! Но…, как сегодня уже точно известно - всё обошлось!
Жить в Гурьевске действительно было лучше и мама сразу это почувствовала. Была и пища и тепло и родители рядом. Жили на местной нефтебазе, поскольку на ней нашлась работа в бухгалтерии для тёти Маши. И она, не имея экономического образования, освоила бухгалтерское дело, а потом доросла и до главного бухгалтера! И им стала!
Дедушка сторожил цистерны, тётя Феня отпускала горючее, а бабушка, мама и я были дома. И главное на нефтебазе были корова и картошка. Так что жить было можно!
Гурьевск
Населённый пункт Гурьевск, в котором по воле случая оказалась наша семья, был основан на реке Бачат как посёлок при сереброплавильном заводе в 1816 г. Городом стал в 1938 г., а в 2020 г в Гурьевске проживало 22375 человек.
Чем важен в моей биографии Гурьевск. Тем, что в этом городке я себя осознал, появился в нём как бы из небытия, и воспринял своё появление как должное. Ничему не удивился и никого не спросил: «Где я и кто я. И что бы ВСЁ ЭТО значило?» До этих вопросов я ещё не дорос.
Гурьевск. 19.3.1944. Боря
Гурьевск. 19.3.1944. Боря
В Гурьевске продолжились мои, начатые с рождения, уроки жизни. Я накапливал, впитывал и анализировал поступающую в мозг разнообразную информацию об окружающем Мире; и регировал на неё. Формировались: память, зачатки мышления и собственный жизненный опыт. Перенимал и усваивал бесценный жизненный опыт окружающих, копировал их поведение, мимику, жесты, слова, песни... Да, и песни! Стал различать людей. Запомнил маму и семью, и понял, что они моя главная опора в жизни!
Жили мы в Гурьевске двухэтажном здании на территории нефтебазы. Находилась она, по-видимому, на окраине Гурьевска. Но, может быть, городок был настолько мал, что всё нефтебазой и  ограничивалось. Во всяком случае, я не припомню рядом крупных строений. На нефтебазе хранились охраняемые цистерны с горючим. Она была обнесена забором и к ней была подведена ветка железной дороги.
Войти на нефтебазу можно было через ворота, в наше здание вело крыльцо, а на 2-ой (жилой) этаж  - лестница. Поднимаюсь на 2-ой этаж, поворачиваю направо и оказываюсь в начале длинного узкого коридора, по обеим сторонам которого двери. Иду по коридору и по левой стороне вижу дверь в нашу комнату, а далее, по правой стороне, дверь в кухню. Была ли это кухня на одного хозяина..., не знаю.
У нас была почти квадратная комната с большим окном напротив двери. Перед окном - стол, возле стен - кровати. В сундуке и корзинах - наши вещи. Кажется, возле двери был выступ для печки. В окно видна дорога за нефтебазой; возможно, дорога в город. Кухня небольшая и заставлена шкафами.
На 1-ом этаже нашего здания, в конторе (а я какую-то часть времени околачивался там), стояли столы и располагалась конторская мебель. За столами сидели люди и среди прочих моя тётя Маша; главбух. В конторе возле правой стены на отдельном столе - телефон. По нему постоянно звонили в Кемерово. Дозвониться было непросто и звонившие кричали в трубку. Я за этим с интересом наблюдал и, помню, что тоже поднимал трубку и кричал в неё: «Аллё. Это Кемерово?» Выглядело это, видимо, потешно, во всяком случае ободряющие улыбки и смех я замечал.
Иногда меня просили спеть и я, всегда с готовностью соглашался. Моя первая песня: «Расцветали яблони и груши, Поплыли туманы над рекой…». Скорее всего эту песню я слышал по радио, но может быть, меня научила петь тётя Маша. Пела она очень хорошо. И слух её и голос были на высоте. Меня слухом и голосом природа тоже не обделила. Песни и музыка вызывали во мне, сколько себя помню, бурю положительных эмоций. Всё ощущалось очень обострённо. Помню, что всегда в моей голове крутилась – вертелась какая-то мелодия, и я её насвистывал, вызывая недоумённые, неодобрительные взгляды окружающих. Но потом (в юности) сумел себя от этой вредной(?) привычки отучить. И теперь в голове у меня мелодии не звучат.

Иногда, меня спрашивали об отце. И вопрос звучал так: «Боря, а где папа?» «На фронте»,- неизменно и верно отвечал я. А вот на уточняющий вопрос: «А где фронт?» отвечал: «В корзине». Дело в том, что в корзине хранились фотографии отца.

Помню себя в нашей комнате. Меня берут под мышки, приподнимают с пола и ставят на стул или табурет. Смотрю в окно и вижу на дороге знакомую женщину (маму?); она приближается. Я прореагировал, что-то сказал. Да видать ляпнул явное не то. Реакция взрослых была отрицательной. Потом та женщина входит в комнату. Ей что-то рассказывают. Она высказывается в том духе, что не следует обращать внимания и он (т.е. я) забудет эти, от кого-то услышанные, слова. Вот я тех слов и не помню.
Другой эпизод. Захожу в кухню. А там бабушка занимается своими делами. Я что-то сделал; возможно, ей помешал. Последовал какой-то недружественный акт (слово? действие?) с её стороны. Я обиделся и со слезами вернулся в комнату. На вопрос взрослых я, кажется, сказал, что бабушка меня ударила (побила?). Но, возможно, я и соврал. Бабушка заходит в комнату, и мама спрашивает, зачем она меня ударила? Но бабушка говорит, что не била меня. И я её словам верю. Но что-то всё же было! Я просто не смог это «что-то» выразить словами. А ещё я понял, что моим словам поверили.
Дедушка сторожил цистерны и у него была служебная собака: овчарка Жулька(?). До этого дедушка рассказывал мне о ней, а когда она ощенилась, повёл в сарай смотреть щенков. В сарае было темновато. Жулька расположилась на подстилке, а два или три щеночка к ней прильнули. Вначале, мы смотрели вместе, а потом, дедушка куда-то отошёл, а я остался. Щенки были очень хорошенькие, и я их рассматривал. Чувство страха мне знакомо не было, и поэтому в движениях я себя не ограничивал и опасности не чувствовал. И потом то ли я потянулся к щенкам слишком близко, то ли сделал что-то не понравившееся Жульке, но факт остаётся фактом – она хорошо тяпнула меня за внутреннюю поверхность правой руки (ближе к локтю). Я перепугался и закричал; увидел как из раны течёт кровь, но боли вроде бы не чувствовал. На крик прибежал дедушка, подхватил меня на руки и отнёс домой. Дома поднялся переполох: «Что случилось?» Нашли йод, вату, бинты и меня перевязали. Всё зажило, но шрам от укуса и сейчас есть. Вот пишу и его рассматриваю. Жульки давно нет, а шрам от её укуса остался!
Рядом с нефтебазой протекала маленькая неширокая речушка Бачат с холодной водой, и ребята ловили в ней удочкой рыбу, а я крутился тут же. Какой-то высокий парень поймал маленькую рыбёшку и предложил её окружающим; возможно для кота. Все отказались. Тогда рыбку предложили мне (съесть?). Я её взял и на глазах у изумлённой публики съел (ещё живую) со всеми потрохами и чешуёй. Пришла мама и, кажется, за это меня отчитала. Потом она мыла мне руки и вообще купала в реке (и даже без трусов?). А вода была холодная.
Одного из ребят звали Витька. Я его отличал от других и о нём говорили взрослые. Однажды (зимой или весной) я был на кухне и увидел, как что-то упало (пролетело) сверху; потом сказали, что Витька сбрасывал снег с крыши и свалился вниз. Чем это падение для него кончилось, не знаю.
Мама рассказывала, что однажды зимой ехала зачем-то на санях с дедушкой по полю. Ехала, задремала(?) и свалилась с саней. Дедушка поначалу ничего не заметил. Мама даже кричала, но он не услышал. Было холодно и снегу много; целина. Потом дедушка хватился её, вернулся за ней, забрал и всё обошлось.
В Гурьевске наша семья держала корову. Было молоко. Звали корову Январка. В марте она отелилась и тёлку назвали Марта. Тёлку потом зарезали, а Январку оставили. Впрочем, не исключаю, что корова отелилась в феврале и тёлку назвали Февралка. О том, что тёлку называли по названию месяца рождения рассказывала тётя Феня.
По рассказам мамы я часто и подолгу болел: корь, скарлатина, дифтерия...
Ну и взгляд со стороны. Белла летом 1944-го года возвращалась из Барита с семьёй в Чернигов через Гурьевск и видела меня на нефтебазе: «в белой панамке и желтой курточке толстовке; ходил с очень деловым видом».
Меж тем закончилась война! Победа! И я рад, что День (вернее ночь) Победы мне запомнился! В ту ночь я проснулся от шума и громких голосов. Свет почему-то неяркий. Пытаюсь понять, что случилось. Вижу возбуждённые, радостные лица и слышу взволнованные голоса. Дверь в коридор открывается-закрывается и оттуда доносятся голоса. Различаю голос соседки; в осовном говорит она. Из коридора возвращаются с информацией и её пересказывают. И громко, восторженно (на Ура!) повторяют: - «Война кончилась!» Такой радости и возбуждения я, пожалуй, никогда в жизни больше не видел.
Наконец, заметили, что я не сплю, и специально для меня несколько раз громко и отчётливо повторили: «Война кончилась!» А несколько раз для того, чтобы я понял!
Вот, пожалуй, и всё, что я помню об этом самом раннем периоде моей жизни.
Возвращение
Летом 1946–го мы получили письмо из Чернигова. И в нём тётя Женя сообщила, что дом маминых родителей разрушен, а дом, построенный папой цел, но в нём живут чужие, и нужно приезжать и выселять их. И летом 1946-го мама, тётя Феня и я поехали, а тётя Маша с родителями остались ждать освобождения жилья.
Итак, мы отправились. Ехали в товарняке. Устроились на полу, на настиле из досок.
На остановках поезд встречали нищие. Подходили к вагону, просили еды и им давали. Помню нищего с головой обмотанной бинтом. Просит кушать и протягивает высокую консервную банку. И её чем-то наполняют.
Дверь вагона открыта и я через неё смотрю. Серо-жёлтая степь, какие-то станции, суета на остановках. В вагоне меняются попутчики, некоторые в военной форме. О чём-то говорят, в том числе и со мной. Сгибаются, заглядывают в лицо, громко о чём-то спрашивают, слушают мои ответы, повторяют их, громко переспрашивают и  многозначительно улыбаются... И исходит от них теплота и доброжелательность.

Ехали долго с тремя пересадками. Первая - в Кемерово, а вторая - в Москве или в Харькове. Выгрузились, ждём поезда. Большой вокзал, гудки паровозов. Люди по перрону ходят или сидят возле вещей. Кое-где вещи сложены горками. Видел очередь за водой. В те годы на перронах была и холодная и горячая вода.
Третья пересадка в Нежине, а от него до Чернигова - рукой подать. И вот, наконец, мы прибыли в Чернигов! И что очень важно - в мирный город Чернигов! Ибо война окончилась!
                                                   Цена Победы

Так какую же цену заплатила наша семья за Победу?
Воевать пришлось: папе, и его брату Моте; маминой сестре Рае и братьям Яше и Грише. Папа и Мотя погибли, а папиного брата Зяму с семьёй расстреляли в Одессе.
Рая и Яша с войны вернулись, а Гриша погиб.
Я потерял на войне папу и трёх дядей. Не видел их живыми, не слышал их голосов, не говорил с ними... Война всего этого меня лишила! У погибших война отобрала жизни, ну а
"тем, кому выпало жить" - покорёжила судьбы.
«Ах, война, что ж ты сделала, подлая»

Груша

В среду 25-го мая 1949-го года в черниговской школе №3 завершился очередной учебный год. И в ту же среду я окончил свой первый школьный класс, а двоюродный брат Изя – второй. И по такому торжественному поводу для нас (и для всех) отзвонил в последний раз в уходящем учебном году заливистый школьный колокольчик (электрических звонков в школах тогда ещё не было).
В ту среду пришли мы из школы часов в 10, а утром, в четверг - в школу не пошли, ибо наступили летние каникулы. Для меня первые.
Ещё позавчера учителя нами занимались; учили грамоте, закладывали фундамент наших будущих знаний и заполняли наши впитывающие как губка мозги нужной и полезной информацией.
И ещё позавчера они же наставляли нас и воспитывали. Учили правилам поведения школьников; одобряли или осуждали наши действия; подготавливали к будущей бесконфликтной жизни в обществе!
А что же сегодня; на каникулах?
А на каникулах изменилась ситуация. Учёба сменилась отдыхом.
И воспитание прекратилось?
Нет! Мы воспитываемся всю жизнь; в любой ситуации! И если рядом нет учителей и одноклассников, но есть семья, друзья, соседи или собеседники..., то они и воспитывают и перевоспитывают!

И ещё. Воспитывает, конечно же, и информация. Её источников в те годы было ещё немного. Книги, газеты, журналы и проводное радиовещание. И они нас и воспитывали и перевоспитывали. И что хорошо - не перенасыщали информацией. Кстати, сегодня избыток информации налицо, и было бы очень полезно научиться ею не перенасыщаться!

На каникулах круг нашего информационного и развивающего общения сузился, ибо с учителями и одноклассниками мы расстались до 1-го сентября. И произошло замещение: место временно отсутствующих учителей и одноклассников заняли ребята из нашего и соседних дворов.
И наступила для нас вольная воля! Это когда можно было всей компанией целыми днями разгуливать по нашей улице Куйбышева; и ловить стрекоз и хрущей; и собирать каштаны и жёлуди; и
играть в наши игры. В жмурки( = прятки), в квача( = пятнашки), в козла, в осла, в классы....
Ну и… в войну мы, конечно, играли!
Как играли? А по-детски просто! Делились на 2 команды, каждая занимала свою территорию, а после «солдаты» команд старались пробраться на территорию противника, чтобы его победить.
И был договор. Побеждает тот, кто первым обнаружит чужого «солдата», направит на него «пистолет» и произнесёт «Бах». И побеждает команда, уничтожившая всех «солдат» противника.

Помню, что играли мы увлечённо. Но... только потому, что в стране был мир. Ведь именно поэтому в нашей игре нам реально ничто не угрожало; и мы не боялись. И поэтому нашу «войну» можно было назвать «войной» без страха! И получается, что увлечённо играть в «войну без страха» можно только в условиях мира!
Мир после разрушительной страшной войны вернулся на нашу многострадальную землю всего 4 года назад. И люди сразу его приняли, потому что мир – это естественное желание человека. Мир нужен, потому, что люди хотят жить без страха. Ну, и наконец, человечество с незапамятных времён знает, что мир – это хорошо, а к хорошему - привыкают быстро!
А вот к войне, к смертельной опасности, к страху - привыкнуть невозможно! И потому война противоестественна!

На каникулах к беспечному, беззаботному времяпровождению привыкают быстро. И мы привыкли; и увлечённо проводили время!
А между тем, моя мама и Изина мама - тётя Аня, не дремали и в преддверии нового учебного года решили нас (тощих) к нему подготовить, подкормить и оздоровить в пионерском лагере. И как только появилась возможность, достали они в своих профкомах путёвки в лагерь на 3-ью смену на 3 августовские недели.
И вот, пришла мама с работы с путёвкой, обрадовала всех и меня и начала подготовку к лагерю. А нужны были (так написано в путёвке): медицинская справка с анализами и разрешением врача; смена нательного белья; рубашка; мыло, зубная щётка и зубной порошок. И помню, что порошок в круглой картонной коробочке с красивой картинкой мы покупали отдельно в аптеке. И его запах я помню до сих пор! И возможно, что и не я один!
А когда всё было подобрано, мама сложила мои вещи в зелёный чемодан. И с ним я должен был ехать в лагерь.
Почему запомнил цвет? Во-первых, потому, что чемодан был деревянным.
Но есть и во-вторых! Чемодан был заполнен наполовину, и это было хорошо. Но когда я его поднимал, он почти касался земли. И это было плохо! И приходилось его приподнимать, и для этого нужно было сгибать руку в локте. Рука, конечно, уставала, но другого выхода не было.

Ждали мы августа с нетерпением, торопили время, и вот, наконец, наступил август, и нас отвезли в лагерь. И оказалось, что он в городе; в 11-ой школе. Просто на лето школьные классы превратили в спальни.
Мы с Изей попали в младший отряд, и под нашу спальню выделили большой просторный прямоугольный класс (или актовый(?) зал) в середине 1-го этажа. Окна в том классе занимали всю длинную сторону прямоугольника, а вход (или входы) были на другой его длинной стороне. Кровати стояли в 3 ряда, торцами к окнам, и было их никак не меньше 30.
В пионерских лагерях обязательной процедурой было взвешивание. Для лагеря процедура была формальной, зато для родителей - чуть ли не главной. Ибо по набранному весу судили о качестве отдыха (и лагеря). Если ребёнок поправился - лагерь хороший! Взвешивали в начале и в конце смены, и на следующее после приезда утро нас взвесили; натощак, в трусах. И во мне, оказалось, примерно 27 кг чистого веса, и примерно столько же оказалось и у Изи. Поправились ли мы к концу смены? Не помню!
Кормили, кстати, в лагере хорошо. Давали фрукты, а на полдник стакан молока. Нам всего хватало, и были мы в еде, да и в прочем, непритязательны. Ели что дают.
И вспоминается, в связи с кормёжкой, крепыш в нашей смене по фамилии Бондарев. Был он, кажется, из детдома. Так вот, Бондарев ходил гоголем и улыбался. И не просто так, а было отчего! Он с гордостью рассказывал, что уже был здесь на двух предыдущих сменах и на каждой набрал по 3 кг. И на 3-ей смене собирался добавить к уже набранным килограммам ещё 3. И в столовой для этого честно
поднимал руку и просил добавку.  И для полноты картины следует сказать, что для многих (и нас) он был образцом, на который стоило (чтобы оправдать путёвку и надежды родителей) равняться.

Об отдыхе. Помню, что мероприятиями нас особенно не донимали. Мы ведь ещё и пионерами не были. Поначалу нас стали к чему-то приобщать. Но то ли мы не очень вписывались..., то ли не очень слушались... То ли ещё чего? Не знаю почему, но от нас, кажется, отстали. И это и нас, и наших воспитателей вполне устроило.
Были мы, в общем, предоставлены сами себе и целыми днями бегали по лагерю в трусах и в майках-безрукавках. В одном месте постоим и посмотрим, в другом. Бегали и смотрели, во что и как играют другие. А сами вроде бы и не играли.
И, к слову, о... майках-безрукавках! Августовское солнышко в то лето припекало довольно сильно, и у меня начала обгорать и обгорела неприкрытая майкой часть правого плеча. Мне бы прикрыться рубашкой. Но тяму не хватило. Обгоревшая кожа облезла! А я всё равно бегал по солнцу в той же майке-безрукавке. Солнце жгло плечо и было больно, а я всё равно продолжал бегать! В общем, не хватило тяму, но зато сегодня я могу свидетельствовать, что солнышко в августе того года было точно горячим!
А вот у Изи, кстати, проблем с загаром не было. Кожа была смуглая, и он не обгорал.

Ну и наконец, интереснейший(!) эпизод моих первых каникул.
«Интереснейший»? То ли прилагательное я выбрал?
А было так. Во дворе 11-ой школы росли фруктовые деревья, и все, кто там отдыхал в августе, охотились за яблоками и грушами; сбивали их камнями и палками.
Желающих полакомиться было много, и количество фруктов на деревьях резко пошло на убыль. Мы с Изей тоже, конечно, были в гуще событий, и бродили под высоким и раскидистым грушевым деревом, пытаясь узреть груши через густую листву. Были они, конечно, красивые, но попробуй, сбей! Ведь высоко висят..., и их мало!
В общем, ничто не гарантировало нам удачу, но... мы упрямо бросали вверх камни и палку и, наконец, после нескольких неудачных попыток, Изе повезло. Метрах в пяти от него упала сбитая им груша; красивая и сочная. И Изя за нею бросился!
Но тут вдруг объявился какой-то вертевшийся тут же конкурент; старше нас года на три. Он тоже сбивал груши, и свою сбить не смог! А тут упала чужая, и он незаконно её схватил! Поднял, демонстративно и бессовестно поднёс к уже открытому рту; и... вонзил в неё зубы! Откусил кусок и, нагло ухмыляясь, стал смачно жевать!
Стерпеть такое было нельзя и Изя метнулся
к груше. Но наглец... поднял её! Изя потянулся, грушу не достал и сердитым, негромким голосом потребовал: «Отдай!» «Сейчас отдам», - ответил, не переставая жевать, наглец; и... отскочил! Изя за ним!
И началась издевательская беготня! Изя бегал за наглецом и требовал: «Отдай!», а тот убегал, увёртывался, ухмылялся и, не прекращая жрать, издевательски отвечал: «Сейчас». Я тоже требовал: «Отдай» и тоже пытался отобрать грушу. Мы 2..3 раза даже бросились на нашего обидчика с разных сторон. Но тщётно! Он проскальзывал, и не останавливаясь, жрал! Жрал и жрал! Мы за ним бегали, а он уворачивался... и жрал!
Наконец, надежда на справедливость иссякла, и мы смирились. Но, когда от груши осталась плодоножка и примерно, 1 см мякоти, на один зуб, нахал неожиданно протянул эти остатки Изе: «Возьми». Он над нами ещё и издевался!
Всё кипело в нас от обиды и злости, и брать остатки, конечно же, не следовало! Но гордости и чувства собственного достоинства у нас не хватило! Изя подачку взял, откусил половинку, а другую - протянул мне. Я тоже откусил свою часть, а пустую плодоножку выбросил. И странное дело - мы после этого даже успокоились! А на самом деле - смирились и утёрлись! И это было плохо!

Вот такой урок нравственности мы получили. Вот такая нам выпала «груша»!
Но значит ли это, что стремление к справедливости у нас исчезло? Нет! И ещё раз нет! Ощущение несправедливости и стремление к справедливости никогда не исчезают, ибо, как говорил Кант: «Моральный закон во мне»! И это вселяет надежду...

Через несколько дней наш отдых закончился, и мы уехали. Везли обратно автобусом и высадили в нескольких кварталах от нашего дома. И нёс я свой зелёный чемодан в правой согнутой в локте руке. Это для того, чтобы он по земле не волочился! И ничего... Донёс!
Дошли до нашего двора и зашли в него после 3-х недель отсутствия. Впервые в жизни я так долго не видел домашних и не знал, как они сейчас!
И Изя пошёл к себе, а я - к себе. Подошёл и почувствовал, что это родное!
А встреча с домом получилась как в «Возвращении блудного сына»!
Зашёл... и услышал удивлённое и радостное: «Ты приехал?! Сам?!»
Огляделся, увиделся... и ощутил себя дома!

А 1-го сентября мы пошли в школу. Я - во второй класс, а Изя - в третий.

8-е марта

Дорогие женщины!
  С удовольствием поздравляю Вас с замечательным праздником 8-е марта и с календарной весной. И несмотря на то, что по ночам ещё морозит и даже снежит, дни - длинные, светлые, а то и солнечные - уж точно принадлежат весне!
 А это значит, что «весна идёт – весне дорогу!»
  Откликнитесь же на начинающуюся в природе весну весной в душе, внутренней перестройкой всех клеточек и пор организма, хорошим настроением, самочувствием и здоровьем!
  Пусть Ваши дела Вам нравятся и приносят моральное удовлетворение.
  И пусть Ваше будущее будет таким, каким Вы хотите его видеть.
  И будет тогда всё в Вашей жизни по-Вашему!
  И выпадет Вам от этого заслуженное Женское счастье!
  А чтобы настроение стало окончательно весенним, посмотрите три видео - три варианта исполнения песни «Весна идёт».

С Новым 2021-м!

Дорогие друзья!
У Робинзона Крузо, прожившего 28 лет на необитаемом острове, не было собеседников. И не с кем было обсудить чей-нибудь моральный облик, и некого было назвать «хорошим» или обозвать «плохим».
И потому, слова «хороший», «плохой» и множество других слов, уместных в беседах и межличностных отношениях, не произносились Робинзоном за ненадобностью 28 лет; ни вслух ни про себя.

А вот в обитаемой части планеты без деления разумных её обитателей на «хороших» и «плохих» обойтись невозможно, поскольку объективно существуют и те, и другие.

Не знаю, как Вам, а мне с хорошими людьми комфортнее, а к плохим... не тянет. Да хотя бы потому, что даже слово «хороший» вызывает у меня положительные эмоции!
Но как узнать-определить, хороший ли человек? И как его найти... хорошего? И как не спутать с плохим? По каким признакам? По росту и осанке? Улыбке? Красивым глазам?
Нет!
Ведь вопрос о том, хороший ли плохой ли – это вопрос о моральных принципах и моральных ценностях человека! А они раскрываются в сказанном, в сделанном и во взаимоотношениях с людьми!
Пока не узнаете, что человек говорит и делает, - оценить его в терминах «хороший - плохой» не сможете. И пока не узнаете, как он относится к другим, – тоже не сможете.

Хорошим органично присущи: правда и искренность в словах, и честность, прозрачность и бескорыстие в делах, несущих добро; добрых делах.
Хорошие – это обязательно альтруисты, и тепло от их добрых дел и сердец греет душу и помогает жить!

А вот плохие, в отличие от хороших, осознанно делают недобрые дела. Дела, в которых ничего доброго и достойного подражания нет. Но бывает, что они и добрые дела делают, но... не из альтруистических побуждений! Но если не из альтруистических, то... доброе ли это дело?
Плохие обязательно лживы в словах и нечестны и скрытны в делах. А ещё они непременно эгоисты. И эгоизм у них зашкаливает! И это эгоизм подвигает их на недобрые дела, дела, которые не собираются рекламировать. Рекламу они не ждут, но... от неё ведь никто не застрахован. И вот тут ложь, в противовес рекламе, нужна, вот тут она просто необходима. И не только тут, но и во множестве других случаев плохие без лжи, во всех мыслимых формах, не обойдутся, ибо ложь их рабочий, необходимый для выживания инструмент!

Мы, повторюсь, живём в мире хороших и плохих людей. Хорошие делают добрые дела, плохие – недобрые, и в результате, и те, и другие дела регулируют нашу жизнь; улучшают её или ухудшают.
Конечно лучше жить в мире хороших людей и добрых дел, и хотелось бы, чтобы хороших было много. Но сколько их на самом деле? Или..., хотя бы: каких больше? Хороших или плохих?
И это ведь не праздный вопрос, поскольку от соотношения «хороших» и «плохих» зависит в нашей жизни многое, но... не всё, потому что, если хороших больше и они «правят бал», то заживём как в раю, а если не правят - как в аду!
Хорошие «не правят»? Но почему? Ведь их же больше! А потому, разъясняет Л.Н. Толстой, что «Хороших людей больше, но плохие лучше организованы». Отмечу, что в этом блистательном остроумном афоризме Лев Николаевич ответил не только на поставленный вопрос, но и на вопрос «Почему хорошие живут хуже, чем могли бы?». И ответ на него в неявном виде спрятан в союзе «но»! В нём, для тех, кто в теме, предельно лаконично, как в сжатой пружине, сконцентрированы многовековые противоречия между хорошими и плохими. А поскольку в тему погружены все (и жившие и живущие), то для них был бы очевиден и развёрнутый вариант фразы Толстого; например, такой: «Хороших людей больше, и они хотят и могли бы жить лучше, но живут хуже, потому что организованы хуже плохих  и вынуждены поэтому им подчиняться»!

И перед тем, как что-нибудь посоветовать и пожелать - несколько азбучных истин.
За плохими нужен глаз да глаз!
Плохой – это плохо, и чем больше плохих - тем хуже.
Организованные плохие – хуже и опаснее неорганизованных.
Если плохие верховодят, то хорошим не поздоровится.
Чем лучше плохие организованы, тем хуже всем аукнется.
Чем плохие выше, тем последствия неожиданней.

И наконец, что делать хорошим, если их больше, но «плохие лучше организованы»?
Что делать? Добро! И хорошеть и количественно и качественно! Если Ваши моральные ценности на стороне добра, то поддерживайте Хороших и словом и делом и участием. И очень важно, чтобы таких же как и Вы Хороших было много! И тогда положение Хороших; и... Ваше, благодаря Вам же и укрепится!

Поздравляю Хороших и тех, кто с ними с Новым 2021-м годом и переходом в 30-е годы 21-го века! Желаю здорового долголетия, Хорошего настроения, успехов в Хороших делах и всех благ.

Душа и песня

«Легко на сердце от песни... »
В.И. Лебедев-Кумач.             

Вечером 28-го февраля 2015-го года попал я в таганрогский ДК им. Димитрова на этно-концерт «Ритмы любви и огня». На сцене - талантливая молодёжь, а в полном зале – доброжелательная публика. В результате, атмосфера и выступления соответствовали афише:


Признаюсь, что попал на концерт почти случайно. И самое интересное, что не в качестве зрителя, а … дышите глубже(!) в … качестве участника под номером 21. Программа прилагается:

1.Народные инструменты ИТА ЮФУ-3 номера
2.Ансамбль Фламенко “Энканто” – Тьентос
3.Ансамбль “Леприкон”- Ирландский микс
4.Ансамбль “Гернингар” –Траубентритт
5. «Аруна»-Тройка
6. Ансамбль “Леприкон”-Трайбл джига
7. Ансамбль Фламенко “Энканто” – Фанданго
8. Клуб «Юнь-шоу»-Меч
9. «Армагеддон»-3 номера
10. Ансамбль “Урарту”- Рутульский
11. Ансамбль Фламенко “Энканто” – Караколес
12. Ансамбль “Урарту”- Лирический танец
13. Ансамбль “Урарту”- песня
14. Клуб «Юнь-шоу» - Веер
15. Ансамбль “Леприкон”- Лайт джига
16. «Аруна» - Калбелия
17. И. Воробьёва - Искала тебя
18. Ансамбль “Гернингар” + “Леприкон”-Кастарват
19. А. Пономарев и Т. Образцова
20. Ансамбль “Блеск” – Еврейский танец
21. Б. Вольфовский
22. Ансамбль “Гайдэ”-Дапка Ирак
23. Ансамбль Фламенко “Энканто” – Румба
24. А. Стельмаченко – Попурри
25. Ансамбль “Блеск” – Цыганский танец
26. Ансамбль Фламенко “Энканто” – Севильяна

Нич..чего себе «случайно!» – удивитесь Вы. Это как же?! Объясняю! Поучаствовать в концерте мне предложили в Еврейском благотворительном обществе. Спросили: «Хочешь ли?» И я, ни о чём не спрашивая и ничего не уточняя, опрометчиво согласился: «Хочу!» Согласился, не представляя, куда иду! Захотелось, и всё!

Чего захотелось? Захотелось спеть заздравную еврейскую песню «Ло мир алэ инэйнэм». Её название переводится с идиш как «Давайте мы все вместе». Песню поют во всех торжественных случаях: на свадьбах, на днях рождения. Славят и воздают почести молодожёнам, родителям, гостям, музыкантам и вообще - хорошим людям!

Первый раз услышал я «Ло мир алэ...» в далёком черниговском детстве, а второй - осенью 2008-го года в фильме «Тяжёлый песок» (по повести черниговчанина Анатолия Наумовича Рыбакова). Фильм тяжёлый; о страшной войне, но есть в нём и светлое место – эта песня. Запала она мне в душу и ждала своего часа; врезались в память мелодия, интонация и манера исполнения. Слов, содержания и названия я не знал. Не слышал песню с детства. Не слышал, но не позабыл!

Между первым разом и вторым прошло 58 лет. И неожиданно … оказалось, что этой паузы как бы и не было! Ибо всё вдруг вспомнилось! И вспомнилось, и отозвалось, и пробудилось, и ожило, и песня до меня дошла, и я почувствовал её душу, и её душа поселилась в моей душе!

И стали мы с песней душа в душу жить, и появилась у нас с ней навязчивая идея - мы обязательно должны нашу песню спеть!

Но как спеть, не зная языка? Как её хотя бы разыскать? Я ведь практически ничего о ней не знал. Помнил из песни всего два слова: «а бисалэ васэр» - означающих в переводе с идиш «немного воды».

Ну и начал я искать. Написал для начала в Израиль двоюродной сестре Софочке (уже, к сожалению, покойной). И она пояснила, что песня «Ло мир алэ…» - свадебная. И в ней воздают почести всем по очереди: жениху с невестой, родителям невесты и жениха, бабушке с дедушкой, сёстрам и братьям, сватам, гостям, музыкантам и народу. Так и поют: «Давайте мы все вместе воздадим почести… ». И после каждого куплета припев: «Давайте мы все вместе выпьем немного вина». Так что, запомнившиеся мне слова были на самом деле «а бисалэ вайн»: «немного вина», а не «немного воды».

После определения с названием можно было искать оригинальный текст песни и ноты. И текст на идиш, записанный кириллицей, после настойчивых поисков нашёлся в интернете. Следующий шаг - перевод текста на русский; это для того, чтобы петь осмысленно. С переводом помогла моя двоюродная тётя Рая, живущая в Бат-Яме. Рая ровно на 9 лет старше меня. Отправил ей текст песни и получил перевод. Для контроля отправил тот же текст ещё в один израильский адрес - Изе в Афулу. Изя, ровесник Раи, хорошо знает и иврит, и идиш с диалектами. Грамотный человек! Получил от него, в результате, не только перевод, но и правку интернетовского текста. Оказалось, что текст из интернета написан на киевском диалекте идиш, а литературным языком идиш считается литовский его диалект. Вот что значит грамотность!

Далее - снова везение, Изина жена Рита помогла с мелодией! Когда я по телефону её напел, то выяснилось, что песня Рите хорошо известна. И она прислала ссылку, по которой я просмотрел и прослушал песню в интернете. Вот это была удача!

Оставались ноты, и с ними - проблемы. Все мои попытки найти их в интернете не увенчались успехом. Тогда я написал Зине в Ялту и попросил помощи. И она помогла, прослушала песню в интернете и написала ноты на слух.

Когда наконец всё было найдено, обратился в хэсэде к аккомпаниатору Свете. Она классный специалист, работает в музучилище и своё дело знает великолепно. Песня всем понравилась, и мы её разучили. Запевы солировал я, а припевы пели хором. Спели… и Света мне говорит: «У вас голос как у кантора; порода чувствуется!»

И с тех пор стала «Ло мир алэ инэйнэм» моей любимой песней. Почему? Да, потому что за душу берёт!
Вот с ней, со своей песней, я и пошёл на этно-концерт в ДК им. Димитрова.

Не помню, был ли я здесь раньше? Если и был, то очень давно. Зал полон, вход платный; 200 рб! А концерт даёт хоть и самодеятельный, но сильный коллектив, а не какие-то там случайные любители вроде меня! У них регулярные репетиции, есть руководитель, они спаяны, привыкли к сцене, уверенно держатся. Когда я понял, куда попал и во что встрял, мне стало … не по себе! Представьте выступает талантливая, полная огня и энергии молодёжь. Все исполнители в 3..4 раза моложе меня! И на их фоне я …

И вот я в зале в 14-ом ряду на 14-ом месте. Сижу в ждущем режиме; жду своей 21-ой очереди. Голова сидящего передо мной зрителя надёжно заслоняет правую часть сцены, и я дёргаюсь вправо-влево, пытаясь из-за головы выглянуть. В половине случаев полноценно увидеть сцену мне все равно не удаётся. Так что слышу всё, а вижу - кое-что.

Дёрганье не позволяет сосредоточиться. Но, может быть, это и хорошо? Ведь приближается моя очередь, и нужно обрести форму! Нужно и настроиться, и проиграть всё в воображении, да хорошо бы и … голос попробовать!

До моего выхода остаётся номеров 5. Выхожу в фойе, рядом - никого, и вполголоса пробую: «Ло..о мир…» Попал, вроде! Идти надо, однако!

Иду к сцене, в закулисье. Перед началом концерта я уже здесь был; представлялся; сказал, что понадобится микрофон. Меня узнают. Молодой человек вручает красный радиомикрофон и говорит, «На нём кнопок нет; он уже включён.»

Неизвестный мне ансамбль «Блеск», выступающий 20-ым, заканчивает танец под мелодию «Хава нагилы» и наступает моё время – время моей ответственности!

Наконец танец из 20-го номера окончен, и вышедшие на сцену ведущие объявляют: «История еврейского народа насчитывает около 4-х тысяч лет. У него богатые, уходящие вглубь веков, культурные традиции. Сейчас перед Вами выступит с песней представитель Еврейского благотворительного общества…» И называют моё имя и фамилию!

Я собран! Я готов!

Выхожу на незнакомую, ярко освещённую сцену. Зал в полумраке; неразличим. Иду к линии, разделяющей свет и тень, и останавливаюсь в полуметре от неё.

Говорю в зал: «Дорогие друзья! Я спою заздравную песню… » Называю песню и в двух словах - о чём она. У меня в активе 2 варианта исполнения; оба красивы по-своему. Решаю их в исполнении чередовать.

Начинаю: «Ло..о мир…» Попал! И в тональность, и в громкость! Попал и почувствовал, как из моей души вырвалась её душа - душа песни! А дальше … дальше ... старался слышать только её душу. Слышать и выполнять все её капризы!
Окончание 5-го куплета (а бисалэ вайн = немножко вина) произнёс с замедлением. И остановился… Всё!

И вдруг зал ожил: … «Бра..а..во..о!» и … всё остальное!
Отвешиваю поклон залу и быстро ухожу. За кулисами чувствую, что возвращается жизнь. Подходит девушка и прочувствовано говорит: «Супер номер! Без музыкального сопровождения и такая сложная песня!»
«Спасибо»,- отвечаю.

Через пару дней позвонила руководительница концерта: «Ваше выступление очень понравилось. И нам за кулисами, и в зале. Моя знакомая в зале даже прослезилась…»

Для желающих услышать песню, привожу варианты её исполнения.
1. Поёт педагог, продюсер из Екатеринбурга Георгий Звягин:
https://www.youtube.com/watch?v=SkoojpvfpGc
2. Поёт Ефим Александров
https://www.youtube.com/watch?v=zUt9N1mLjdw&feature=related

Странички из дневника

«Годы, вы как чуткие струны:
Только тронешь – запоёт струна»
Марк Лисянский

Обрушившийся 24-го сентября 2014-го года на Таганрог сильнейший ураган с ливнем и шквалистым ветром валил деревья. А они, падая, рвали провода и кабели, отключая тем самым горожан от электроэнергии и информации. И очутились горожане без этих благ цивилизации в доэлектрической и в доинформационной эпохе.
И я в ту эпоху попал, и прожил в том времени неделю.
Ураган отключил наш дом от электроэнергии, телевизионного и интернет сигналов, и неожиданно возникла в моей жизни вынужденная информационная пауза. А лучше сказать, передышка! Ведь теперь мой мозг мог отдохнуть, причём на законных основаниях!
Если бы был интернет, то отдых бы я себе не позволил и сидел бы как миленький за компьютером. А тут... появилась вдруг пауза; и, по всей видимости, длительная. И в планах никаких неотложных дел!
Что делать? Как что делать? Да, отдыхать, конечно! Отсыпаться! И я с удовольствием завалился спать. И спал я, и отлеживался... аж до вечера 26-го сентября. А вечером под потолком вдруг вспыхнула лампочка, и стало непривычно светло. Прошло пару минут, свет не исчезал, глаза  к нему привыкли, и стало совершенно понятно, что свет – это надолго. И ещё стало понятно, что отдых мой, к сожалению, кончился!
Телевизионного сигнала и интернета, как выяснилось, ещё не было. Но включать компьютер уже было можно. И я его включил! И занялся оцифровкой своих рукописных архивов; переносом их содержимого в Word-файлы. Эта работа давно мною откладывалась до лучших времён. И вот вечером 26-го сентября такие времена наступили! И занялся я оцифровкой своих старых текстов, в том числе и дневника 1959-го года (4 тетрадных листа; 8 страничек). Набирал его в Wordе, перечитывал и... дополнил комментариями и названием. Каким? Ну, конечно же:
                                              Странички из дневника.

Вот так и появились странички, к которым и перейдём.

«Я попал в дом к хозяйке, которая жила с внуком семи лет и внучкой шести лет. Вместе со мной жили двое ребят. Комнатка, куда мы попали, была очень мала и убого обставлена: старая кровать стояла рядом с дверью, между двумя крошечными окошечками стоял стол, неизвестно каким образом державшийся на ногах, между столом и кроватью находился сундук с потрескавшейся крышкой, который служил одновременно и стулом. Кроме того, в комнате находился ещё один стол, служивший для приготовления еды. Слева от двери находилась большая русская печь, занимавшая чуть ли не полкомнаты. Прямо перед дверью висел репродуктор, и справа от репродуктора над столом приютилась икона (сочетание довольно-таки интересное)».

Эту запись в дневнике я сделал в воскресенье 4-го октября 1959-го года, а в “комнатке”, о которой речь, жил с 8-го по 27-ое сентября того же года.
«Комнатка» – это внутренности деревенской избы в деревне «Луговая», примерно в 100 км от города Сарапула (и Луговая и Сарапул – это в Удмуртии).
В Сарапуле я жил уже больше года. Приехал в этот город (из-за магического слова «радио») в конце июля 1958-го года, после окончания черниговской средней школы. Приехал поступать (и поступил!) в сарапульский электромеханический техникум на отделение радиоаппаратостроения.
А в 1959-ом году, после года учёбы, нашу группу (25 человек) отправили в колхоз на картошку. Провезли мимо славного города Воткинска (родины П.И. Чайковского) и завезли на 19 дней в Шарканский район в деревню Луговую.

Помню, что та поездка изменила моё отношение к жизни. Во мне включилась как бы по команде(!) какая-то новая программа. Не знаю, как это всё назвать? Я повзрослел? По-другому увидел жизнь и её смысл? Или ещё чего?
Луговая для меня стала точкой отсчёта. Мне, например, после колхоза захотелось завести дневник!
Собирался завести его ещё в школе, но не хватало духу, а в тот воскресный день 4-го октября духу хватило. И взял я тогда решительно толстую тетрадь и вверху 1-ой страницы аккуратным школьным почерком старательно вывел:

«4 октября 1959 г. Воскресенье.
Сегодня я начинаю свой дневник. Буду записывать в него все события, которые со мной происходят и своё отношение к ним». Во как!

Заявил в 1-ой фразе о своих намерениях и облегчённо выдохнул: - Ха..а! Обрадовался первому шагу; началу. Теперь предстояло наполнять дневник содержанием.
А с этим возникли сложности.
Нет, не литературные, - к ним я был готов. Писал ведь школьные сочинения и знал, что втискивать разные красивые слова в гладкое предложение и составлять из предложений осмысленный текст - непросто. Это всё было ожидаемым.

Неожиданным было другое. Дневник получался сглаженным, сдержанным и приторможённым, как будто бы писался с оглядкой на кого-то. Занятно, что эти внутренние тормоза незримого контролёра-наблюдателя я чувствовал. Внутренний цензор мне не нравился. Я ему противился, с ним разговаривал, убеждал не сглаживать углы и писать всё как есть. Но победить его не смог!

Дневник я, разумеется(!), собирался вести регулярно и долго, но, к сожалению, запал мой скоро угас. В жизни так бывает. Собираешься заниматься чем-то для души, а потом … не хватает времени или характера(!), да и энтузиазм иссякает. Со мной ровно это и произошло: заела текучка, разленился, остановился и отложил занятия для души в сторону. Вначале до первой оказии, потом до лучших времён, а потом … навсегда. Так больше к нему и не притронулся. Забросил!
Забросить-то я дневник - забросил, но не выбросил! И он, хоть и куцый (всего 4 тетрадных листа; 8 страничек), сохранился и поможет мне сейчас вспомнить события тех «давно минувших дней»; освежит мою память.

Выехали мы на картошку утром, 8-го сентября 1959-го года.
«Дорога была плохая»,- написано в дневнике. «Приехали в середине дня», и «пока разместили по избам и пока сходили в деревню за продуктами, наступил вечер, и ничего не оставалось, как лечь спать».

Дополню дневниковую запись подробностями.
«Размещали по избам» представитель колхоза и наш бригадир от администрации техникума - Буравцев.
Как это выглядело. Идём толпой, в сапогах и телогрейках, по деревенской улице. Впереди представитель колхоза и Буравцев. Подходим к первому двору, и представитель распоряжается: «В этот двор три человека». Буравцев смотрит на нас и спрашивает: «Кто хочет?»
Вызвались трое, в их числе и я. Решил не тянуть!
«Пошли»,- говорит представитель, и мы идём за ним к калитке.  Открывает он калитку, и через двор направляется к избе. Заходит в сени. Мы сзади. Открывает дверь в комнату и перед ним хозяйка, женщина лет 50-ти. Здоровается с ней, в комнату не проходит и быстро договаривается о нашем постое и нашей кормёжке. В конце сообщает: «Продукты они сегодня получат». Потом ей рассказывает, как её услуги и труды будут засчитаны и зачтены.
Хозяйка понимает его с полуслова, но о чём-то всё-таки спрашивает. Он отвечает …, и на всё это уходит минуты 2..3.
Наконец, вопрос решён. В заключение, представитель (как бы подводя итог) обводит хозяйку и нас многозначительным взглядом, напоминает нам, что надо получить продукты, изрекает что-то типа «ну всё» и уходит. А мы остаёмся!
Дверь уже закрыта. Хозяйка поворачивается к нам и с нами знакомится: - «Откуда вы приехали, и как вас зовут?» Рассказываем, откуда, называем свои имена и, в свою очередь, спрашиваем, как зовут её. К сожалению, я не запомнил, как кого зовут, и в дневнике этого тоже нет!

Потом мы собираемся всей группой и идём в деревню; получаем на каждую избу, в которой остановились, продукты. И возвращаемся.
Уже вечер. Ужинаем своим, привезённым из Сарапула.
А хозяйка, меж тем, спрашивает, чем нас кормить утром.
Успокаиваем её: «Надежда Васильевна (условно!), да Вы не волнуйтесь! Что дадите, то и будем есть».
Такой наш дружественный шаг ей явно по душе, и она, как бы размышляя вслух, рассказывает: «Утром будет то-то и то-то, в обед - борщ с мясом, а на ужин ещё чего-то». Что именно она предложила, я, конечно, не помню, но точно что-то сытное и аппетитное! Мы ею предложенное безоговорочно одобряем, и атмосфера становится непринуждённой.

В деревне спать ложатся рано. Вот и нам пора. Хозяйка стелет нам на дощатом полу, а сама располагается на единственной в избе кровати.
Укладываемся и мы рядышком, ногами к двери, головами к окнам. Я, если смотреть от двери, – крайний слева. Белья нет, и мы не раздеваемся. Так даже лучше! Терпимо и тепло. Ко всему привыкаешь, и довольно быстро.
Хозяйка задувает керосиновую лампу, и наступает тёмная, тихая и долгая деревенская ночь. Засыпаем быстро, ведь первую половину дня провели в дороге, да и вторая была нескучной.

«На следующий день,- написано в дневнике,- была пасмурная погода. Мы поздно проснулись и пришли на картофельное поле к 9-ти утра. Работа ещё не начиналась – не было вёдер и лопат. По виду ребят я догадался, что они отнюдь не очень-то жаждут работы. Пока доставали «орудия производства», наш бригадир Буравцев ознакомил нас с условиями.
Оказывается, мы попали в очень слабый колхоз. Здесь платили 2 р. и 1,5 кг зерна на трудодень. В день заработаешь не больше 2-х трудодней, поэтому колхозники совсем не «рвутся» работать – им гораздо выгоднее работать на собственном участке, в собственном хозяйстве. На колхозном поле не увидишь ни одного колхозника, картошка стоит нетронутая.
Мы были в более привилегированных условиях. Нам платили по 5 р и 3 кг зерна на трудодень, кроме того, нам шло 10% выкопанной картошки. Такой оплатой мы были обязаны постановлению Совета Министров «О привлечении на работу в колхоз учащихся вузов».
Каждый из нас должен был выкопать не менее 80 соток картошки».

Прочитал в дневнике «80 соток» и умножил 80 на 25 человек. Получил поле в 20 гектаров! О-го-го!


Но, читаем дальше. «В первый день мы сделали очень мало, отчасти из-за того, что не было вёдер, отчасти из-за настроения у ребят: оно было совершенно нерабочим.
Несколько дней продолжалась раскачка, мы постепенно набирали темп. Наконец, однажды сделали дневную норму. К этому времени мы уже имели на каждого ведро, каждый получил участок, который должен был убирать, каждый отвечал только за себя.
Много дней выбирали картошку за плугом, и только к концу работы приехала картофелекопалка. Дела наши пошли значительно быстрее, и мы к 25 сентября закончили норму, положенную на каждого. Погода все дни стояла изменчивая: если два дня было сухо, то на третий обязательно шёл дождь».

Обратите внимание! В моём личном(!) дневнике описана только коллективная уборка картошки: «мы сделали очень мало», «мы постепенно набирали темп», «сделали дневную норму», «выбирали картошку за плугом», «дела наши пошли быстрее», «мы закончили норму».
А вот, о том, как убирал картошку лично я, в дневнике ни слова!

Сегодня я восполню этот пробел и признаюсь, что уборка картошки в том колхозе показалась мне адовой и запомнилась навсегда. Объясню, почему.
Вначале, мы убирали картошку за плугом, а потом появилась картофелекопалка. И та, и другая техника поднимает пласт земли с картошкой и переворачивает его, а картофелекопалка ещё и трясёт и присыпает (засыпает) выкопанную картошку землёй. И попробуй после прохода техники найти и выбрать всю(!) картошку: и ту, что сверху, и ту, что завалена землёй. Меня в желании выбрать всю(!) картошку подвела моя добросовестность. Ну не мог я уйти с места и оставить под землёй засыпанные клубни. Не мог, и всё! Это было со всех моих жизненных кочек зрения ненормально! Как это - оставить картошку на поле? Дикость какая-то!!! Для чего же она росла? Для чего же мы убираем картошку, если после нашего прохода она остаётся в земле? Между прочим, при капитализме мой крик души наверняка бы поняли и поддержали.
А вот при социализме меня стали подгонять: «Быстрей, да быстрей! Я упираюсь, говорю, что у меня ещё полно неубранной картошки, а мне говорят, что ребята уже далеко впереди, я от всех отстал, и нечего здесь в земле копаться! Я смотрю на соседний с моим, якобы убранный рядок, и вижу, что неубранной, навсегда(!) брошенной картошки, там тоже хватает. И вот, это бессилие что-то изменить, понимание дикости и абсурдности происходящего и невозможность убрать картошку, и выворачивало меня наизнанку.
Ну и ещё. Получается, что те, кто оставил картошку в поле и меня обогнал, относились к работе и к жизни по-другому? Нечестно?
Несмотря на все подгонялки, я всё равно копался и выковыривал из земли зарытые клубни. Мои руки почернели по локти, мои ногти давно уже сломались, а я всё рылся и рылся в земле. Уставал настолько, что вечером еле добирался до дома. Ночами (ночи напролёт!) снились мне кошмары! Снилась и та картошка, которую я вытащил из земли, и та, которую я из земли не извлёк!

Картошка, конечно, портила мне настроение, но 2 или 3 раза выдался и на моей улице праздник. Довелось поработать водовозом; возил воду из речки Шаркан в телятник.
Вначале конюх указал на лошадку для возки воды, а потом показал, мне, несведущему, как правильно ту лошадку в водовозку( = повозку с бочкой) впрягать. Потом я делал это сам.
Утром иду на конюшню и вывожу из стойла под уздцы мою лошадку; к счастью, очень смирную и послушную. Завожу её в водовозку и стараюсь правильно и плотно приладить сбрую. Здесь у меня сложности, но спрашивать … не у кого; на конюшне - ни души!
Пару раз сбиваюсь, запрягаю не в той последовательности или неплотно. Чертыхаюсь, распрягаю и начинаю всё с начала, а лошадка-умница терпеливо и спокойно ждёт.
Наконец, всё получилось, и едем мы с водовозкой к речке. Беру черпак (ведро, ручка которого прикреплена к шесту), набираю воду и переливаю в бочку. Вмещалось несколько десятков вёдер. Наконец, бочка наполнена примерно на 2/3. Предупредили, что больше нельзя, выплёскиваться будет. Закрываю верх бочки деревянной крышкой, и едем в телятник. Ехать недалеко, 200..300 м, но … бездорожье; вода расплёскивается и меня обдаёт; еду мокрый.
Но ничего, довозим драгоценную воду до места, вытаскиваю внизу в торце бочки деревянную заглушку, и вода шумной струёй хлещет в поилку.
До обеда делаю 2..3 рейса, и телятница меня останавливает: «На сегодня воды хватит». Ну, хватит, так хватит. Едем к конюшне, распрягаю лошадку и ставлю её в стойло. Потрудилась на славу!

На днях программа http://showmystreet.com/ (21-ого века!) помогла мне увидеть (на фотографии, сделанной со спутника) и деревню Луговую, и речку Шаркан. Набрал в поисковой строке: “Деревня Луговая, Шарканский район, Удмуртия” и при максимальном увеличении всё нашёл и рассмотрел. И дома по обе стороны широкой деревенской улицы, и речку, и даже то место у реки, где воду набирал!

Но двигаемся дальше …
«Плохо ещё налажена культурная жизнь деревни,- написано мною в 1959-ом году.- Она ограничивается кино и танцами, изредка - вечерами художественной самодеятельности».
Этот мой занудный текст, похожий на заимствование из Хрущёва, которого я в те годы уважал, может быть, и не заслуживает внимания, но … есть в нём одна деталь: «вечера художественной самодеятельности». Они были необычны, и о них я расскажу.

В Луговой был клуб. Ну, не совсем чтобы клуб; клуб - это громко сказано! Так … просторная комната; без сцены. Были в клубе и кино, и танцы, и «вечера художественной самодеятельности».
И вот, в этом клубе посчастливилось мне увидеть танцы, перерастающие в художественную самодеятельность … одного человека! И выглядело это так.
Заканчивается очередной танец, и с чьей-то подачи начинают освобождать место посредине комнаты. Как можно больше места; все ужимаются к стенам.

Наконец, место свободно, и те, кто в курсе (посвящённые) явно чего-то ждут.
И вдруг вступает гармошка: «Та … та, та, та … тата, тата, Тра … та, та, та … трата, тата … » И откликается (выходит) на гармошку ОН: стройный, красивый, улыбающийся. Подбородок приподнят; руки на уровне плеч отведены вправо на всю длину; ладони с вытянутыми пальцами смотрят вниз. Держится с достоинством и, не спеша, медленным манерным танцевальным шагом идёт по комнате: в одну сторону …, в другую … Разогревает себя и публику.
Меж тем, темп постепенно ускоряется, и ОН, его отслеживая, ходит по комнате гоголем. А потом добавляет движения руками. Ладонями: по груди да по бокам, да по ногам, по сапогам да по подошвам. Полуприсядки, да присядки! Выделывает фортели, да коленца, сопровождающиеся слаженными, безукоризненными движениями рук и ног; и порознь, и вместе!
А темп нарастает и превращается в вихрь … И ОН уже носится по комнате и уже выделывает такое …!, что забываешь, где находишься, и не можешь оторвать от НЕГО восхищённых глаз …
Продолжается всё действо минут 10..15. Наконец ОН останавливается и выходит из центра комнаты. Публика неистовствует и восхищённо ревёт: глаза безумные и … в ладоши …, в ладоши …! Могу сказать и о своей реакции. Я балдею!
Как!? Откуда!? Здесь!? В глуши!? В Луговой!? И, вдруг, искусство высшей пробы!?
От кого-то потом услышал, что ОН некогда танцевал в каком-то столичном ансамбле. Потом сидел, а после отсидки в столицу не вернулся и осел в Луговой. Загадочная история! Сюжет для романа! Видел я его выступления раза 2 или 3.

Теперь самый важный и главный эпизод в моей жизни! Судьбоносный!
Однажды возвращаемся мы (группа) после работы с картофельного поля, и ребята из соседней с нами избы говорят мне со смешком:
-А ты знаешь, что ваша хозяйка тебя боится?
От неожиданности и удивления я останавливаюсь.
- Как боится?! Чего боится?!
- А она сегодня говорила об этом нашей хозяйке.- Я,- говорит,- этого (тебя! то есть) боюсь. Он какой-то сердитый, серьёзный, хмурый …
Услышав о себе такое, только и выдавил:
- Ничего себе!
Всё, о чём думал до этого, улетучилось и переключилось на новую, неожиданную для меня информацию. Сразу идти в избу, в которой она - хозяйка!, уже и не хотелось.
Ребята пошли, а я промямлил что-то невнятное и тормознул. Осмотрелся ...
Рядом с нашим двором, прямо на широкой деревенской улице, сложена была большая куча брёвен. Взобрался на брёвна и на самом верхнем уселся.
Во дворе напротив, да и в других дворах копошились люди.
Смотрят, наверное, на меня? Как они меня воспринимают? Безразлично, с удивлением или со страхом!? Неужели, я такой страшный? … Или непривычный? Странный? Но ведь люди же пугаются! Веду, значит, себя не так, как здесь принято; не по-деревенски. И произвожу, видимо, поэтому непривычное впечатление.
А что я вообще такое; что собой представляю? Ну да, мне 18,5 лет. Окончил школу, поступил вот в техникум. Именно в тот, в который стремился! И будущая специальность мне нравится. Она мне интересна. Именно этим мне хотелось бы и в дальнейшем заниматься. Жизнь пока складывается, вроде бы, неплохо. И, вообще, жизнь нормальная, интересная. Сейчас вот, 12-го сентября, запустили в сторону Луны вторую космическую ракету. Уму непостижимо! О таких ракетах писали фантасты, и вот, на тебе; свершилось. И именно сейчас запустили ракету; в мою бытность на Земле. Мне определённо повезло, ведь всё для меня только начинается!
И в стране, вроде, всё складывается неплохо! Вот, Хрущёв выступал недавно на съезде, рассказывал о планах в промышленности и в сельском хозяйстве. Хороший он мужик, и всё правильно говорил. Всё у нас будет(!), лишь бы капиталисты не помешали. Мало им одной войны, так они замышляют новую. СССР им поперёк горла; особенно американцам, да и немцам тоже. И англичане с французами хороши. Один только Черчилль чего стоит со своими речами агрессивными. Все суются в наши дела, эксплуататоры чёртовы! У нас вот эксплуатации нет, а они свои народы угнетают. Капиталисты с жиру бесятся, а простые бедные люди в их странах еле сводят концы с концами. Все эти капиталисты, во всех странах - одного поля ягоды, одна компашка. Вся надежда на нашу страну. Она должна; обязана выстоять! И выстоит!
Так чего же я хочу от жизни? Как я хочу жить? И как мне надо жить? Да, вроде бы, всё тут очевидно и понятно. Я хочу: и честно жить, и честно зарабатывать свой хлеб. Я хочу освоить нравящуюся мне профессию и дальше в ней работать.
А как мне следует относиться к людям? Ведь вокруг меня люди. И они такие же как и я! И они хотят нормально, как и я, жить! И имеют на это полное право!
Я хочу и буду изначально по-доброму ко всем относиться! Я хочу и буду делать добро!

Помню, что диалог с самим собой доставлял мне наслаждение, и прерывать его не хотелось! Возможно это и есть состояние эйфории?

И вдруг я почувствовал, что от всех этих мыслей и принятых решений стало мне легко и приятно. Между мною и моим alter ego установилось полное взаимопонимание, и всё стало представляться в розовом свете: несложным, разрешимым и выполнимым … Как бы второе дыхание открылось.
Долго я ещё сидел на своём бревне. Размышлял, взрослел; настраивал себя. И настроил. На всю жизнь!
После того памятного «бревна» стал я окончательно взрослым, отвечающим за свои поступки. Поселился в моей душе мир, уверенность в себе и чувство собственного достоинства. И стало спокойно и комфортно! С тех пор не получалось у меня на кого-нибудь серьёзно разозлиться или с кем-то поругаться!

«За 17 дней работы в колхозе,- рассказывает дальше дневник,- я заработал 25,4 трудодня. Если приплюсовать к этому деньги, полученные за картошку и зерно, и вычесть 150 р. за питание, то выходило 400 р. чистыми. Но нас, как того и следовало ожидать, обманули. Каждый получил 100±20 р и словесную неблагодарность от председателя».

И далее: «27 сентября мы из колхоза уехали. Ехали обратно очень плохо. В машине находилось 11 мешков картошки (картошка нашего бригадира) и нас 25 человек. Раз 10 машина застревала, и приходилось общими усилиями её вытаскивать. Учитывая качество дороги и вес машины, проехали мы каких-то 100 км за 8 часов и прибыли в город к часу ночи».

Эту поездку я прекрасно помню. Бригадир Буравцев сидел в кабине рядом с шофёром, а мы (25 человек) - в кузове; в тесноте; на мешках с его картошкой. Из-за мешков опасно возвышались над бортами. Я сидел в полуметре от заднего борта и на ухабах боялся вывалиться.
Когда машина увязала, мы спрыгивали, обступали её как муравьи и по команде Вовки Молодых - нашего старосты «Раз. Два. Вз..зяли!» толкали её изо всех сил до выезда на ровную дорогу. Затем забирались обратно в кузов … до следующей рытвины!
Буравцев на остановках из кабины выходил, но благоразумно не лез с советами. А выражение его … чуть не сказал «лица» было непроницаемым!
В движении, чтобы не вылететь за борт, мы страховались - держались за мешки и друг за друга. Говорили, конечно, об актуальном - о намявших бока мешках и о мироеде-Буравцеве. Ехали долго, и времени на перетирание со всех сторон Буравцева и его мешков хватило с избытком. Эмоции, после каждой рытвины или ухабы, не сдерживали и в выражениях не стеснялись (русский язык использовали в полном объёме).
Если бы Буравцев ехал в кузове и слышал нас, то вывалился бы за борт!
К счастью, поездка для всех закончилась благополучно, а на Буравцева мы зла не держали и забыли о нём быстро!

«На следующий день,- сообщает дневник,- ходил в баню: смыл колхозную грязь, постригся и сразу же забыл о колхозе».

Ну, и последняя фраза из дневника; из далёкого 1959-го года: «Занятия начались 1-го октября. В 1-ый же день состоялось профсоюзное собрание. На этом собрании меня избрали профоргом».